Прелюдия к большой войне

Царствовавший в ту пору император Александр III, узнав о расстреле колонии, метал громы и молнии. Готов был за своих подданных с французами воевать. Каждый ведь россиянин знал, что, случись с ним что, пусть произойдет это на краю света – в Патагонии или Тасмании – за его спиной огромная империя, которая никогда не оставит в беде, пришлет броненосный крейсер, спасательную экспедицию – все, что понадобится.

Французы божились, что их консул никаких приказов ликвидировать русскую колонию из Парижа не получал, действовал сам по себе и уже понес заслуженное наказание.

Он разжалован и предстал перед судом, а французское правительство готово выплатить компенсацию семьям пострадавших в этом инциденте и никаких препятствий в том случае, если кто-то из русских вновь попробует организовать колонию на прежнем месте, чинить не будет.

Пару лет спустя Россия и Франция подписали соглашение о взаимопомощи, так что впредь колонисты были бы под охраной не только российского, но и французского флага.

Вот только до основания новой колонии на побережье Красного моря руки как-то не дошли.

Лагард же, когда страсти по тем событиям чуть поутихли, вновь отправился консулом в Абиссинию.

Артамонов решил, воспользовавшись бездельем, навестить султана Рейхеты и проверить, по-прежнему ли тот хорошо относится к русским. Власов от этой поездки отказался. Не мог он покидать членов миссии. За каждого головой отвечал. Да и очень его волновало, что он по-прежнему находится в Джибути, а вместе с ним и Али, которого император наказал как можно быстрее переправить к махдистам.

На душе Артамонова такой камень не лежал. Конечно, бросая миссию, он грубо нарушал инструкции, все же ему поручили ее охранять, но он выпросил дозволения у Власова, и тот скрепя сердце разрешил Артамонову повидать султана Рейхеты.

– Видать, без Булатовича нам никак не обойтись, – высказал мысль Артамонов перед своим отъездом. – Он-то знает, где здесь мулов с конями достать.

– Видимо, да, – согласился Власов.

Булатович приехал в Абиссинию еще три года назад в составе отряда Красного Креста, да так тут и остался, обучал солдат Менелика обращению с огнестрельным оружием, участвовал в исследовательских экспедициях, поразил всех скоростью своего передвижения по абсолютно безлюдным районам, так что абиссинцы начали подозревать, будто этот русский может превращаться в ветер.