Таинственный похититель, или Малышка больше не споет

Не дожидаясь вопросов, протянула ему листки и бросилась наверх, в комнату дочери. Постель Жанны была даже не смята, и она сообразила – девочку отнесли в маленькую комнатку на первом этаже, может, она спокойно спит там? Она за секунду долетела до спаленки, вопреки разуму все еще надеясь, что это какой-то дикий, кошмарный розыгрыш, но конечно, в комнатке Жанны тоже не было. Она без сил рухнула на пустую постель, на смятой простыне которой блестели несколько звездочек из ярко-желтой фольги, и громко завыла.

Глава 2.

10 лет спустя. Двойной дефолт

– Я знаю, почему ты такая грустная. – внезапно сказала Маша. – У вас с Сашей дефолт.

Я весь вечер просидела в гостях у подруги, и уже сама удивлялась тому, как вяло течет разговор. Все было как обычно – мы сидели на низких красных плюшевых креслах, почти упираясь ногами себе в живот, на маленьком круглом столике стояли крошечные кобальтовые чашечки с моим любимым кофе, сбоку мягко светил торшер в виде фигуры угодливо согнувшегося красного китайца, за окном мягко пролетали крупные хлопья слипшегося снега.

Ноги утопали в густом ворсе выстилавшего пол белоснежного паласа. Казалось бы, все так мирно и уютно, но слова падали между нами, как льдинки с обрыва, вымораживая комнату, и никак не отражали наших мыслей. Но все равно внезапно всплывший откуда-то из недр машиного сознания дефолт как-то неприятно меня поразил.

– Это что-то из экономики? – поинтересовалась я вслух. – Обесценивание денежной массы?

– В твоем случае это обесценивание отношений.

 – разгорячилась подруга. – Я знаю, над блогером Революцией ты посмеиваешься, а ведь она права! Вы с Сашей оба плюсуете, и ваша любовь уснула, если не умерла!

Я лишь молча покачала головой. Про Революцию я слышала немало. Она вела популярный в Инете блог, разработала кучу новых названий для любовных отношений, но учить весь этот новояз мне было откровенно лень, а без него ее тексты читать было невозможно. Тем более, от кучи мудреных слов в отношениях ничего не менялось, как и во рту при слове “Халва”.

Но Маша считала иначе.

– Вам надо разделить границы. – настаивала она. – Вспомнить, что вы два отдельных человека. Да Полька, хотя бы вспомни, какой ты была пару лет назад, и то хлеб!

Я попыталась вспомнить, но не могла. С тех пор, казалось, прошло несколько жизней. Несмотря на разные, не слишком приятные приключения, я была тогда молодой и наивной. Но измена Саши словно надломила меня, состарила. Когда-то я готова была за него умереть.