Телегония, или Эффект первого самца

Потом Надя приехала, вместе с младенцем сразу ко мне, благодарила очень, две коробки конфет иностранных подарила. А зачем она ездила? Неужто за деньгами?

– А как она сама объяснила цель поездки? – официально спросил Платон.

– А никак, – задумалась старушка. – Сказала, мол, надо срочно ехать, если не затруднит вас, Евдокия Ярославовна, полейте пару раз цветочки. Я думала, что хахаль ейный позвал и она не вернется вовсе. Но она вернулась и почти весь март тут провела. А потом, видно, съехала и со мной не простилась.

– А еще с кем-то из соседей Надежда общалась? – спросил Платон.

– Да с кем тут общаться? Вот напротив Туркины живут, пустые людишки, пьющие. Смотреть на них противно! А рядом с ними Олег Иванович, вот тут даже не знаю… Мужчина он солидный, непьющий, может, и общались они.

Поблагодарив старушку, мы подошли к двери солидного Олега Ивановича, но того, как и следовало ожидать, не оказалось дома. Что ж, приедем сюда вечером, и возможно, нам все же удастся узнать, куда переехала Котеночкина.

«Разыскивается Надежда. Как символично», – подумала я, спускаясь по лестнице и чувствуя, как тяжелой волной захлестывает отчаяние. Коса растрепалась, потеряв всю былую красоту, утомленные шпильками ноги болели, новая обувь натерла до крови, и, главное, все было зря! Зря я ссорилась с мужем, зря оставила детей, зря приехала в этот зачуханный городок. А ведь доказательства моего открытия были так близко! Я так рассчитывала на этих женщин. Но они пропали. Почему?!

Выйдя из дома, я привалилась спиной к грязной стене подъезда и разрыдалась.

– Платок у вас есть? – судорожно всхлипывая, спросила я.

– К-какой?

– Ну, не тот, что на голову. Носовой, разумеется.

Платка у Платона не оказалось, и я вытерла нос и глаза рукавом собственного белоснежного жакета.

– Вероника… Николаевна, что с вами? – робко поинтересовался мой спутник.

– Мне что теперь, возвращаться домой несолоно хлебавши? – И я снова разрыдалась. Ну вот, зря только жакет угробила.

Зато Платон понял суть проблемы и начал горячо меня утешать:

– Да что вы переживаете! Вечером приедем сюда, тряхнем хорошенько этот солидного мужика, глядишь, все и раскроется! Наверняка он и есть отец ребенка, голову даю на отсечение!

– А как же бабка? Она бы знала, что соседи живут вместе!

– Так, может, все она знает.