Элизиум – мой

Нагибаясь все ниже, превозмогая отвращение от такого унизительного для меня требования, я сглатывала слезы.

– Открывай рот! – скомандовал Даррен. – Да смотри, без глупостей.

“Я не смогу, не смогу! И тогда он меня убьет, но перед этим будет долго-долго мучить, унижать и растаптывать”, вопило мое сознание.

– Быстрее, Нира! – его приказ бьет по нервам наотмашь.

Я покорно размыкаю дрожащие губы, беру в рот внушительных размеров член, пытаясь отрешиться от всего происходящего. Воспоминания накатывают – все в моей жизни повторяется.

Я так долго бежала от насилия – и попала в итоге в еще худшее. Мужская рука резко пригибает мою голову еще ниже, заставляя взять в рот еще глубже. Я не готова к этому, мне страшно, накатывает тошнота. Пытаюсь сглотнуть, отстраниться, чтобы набрать хоть немного воздуха.

– Да что с тобой? – зло спрашивает ученый, вздергивая меня за волосы и заставляя посмотреть на него. У него почти черные зрачки, его аура говорит, что он близок к жестокости, она ему нравится, но что-то мешает ей сейчас проявиться в полную силу.

Он бросает взгляд на мониторы приборов и хмурится еще больше.

– Ты опять теряешь силу, хотя совсем недавно она снова начала расти. Я уверен, что все дело в сексе. Нира, старайся активнее, иначе, клянусь Элизием, твое тщедушное тельце будет вмуровано живьем в мой периметр!

– Я не могу! Неужели непонятно – не мо-гу! – со слезами кричу я, пытаясь снова вырваться из железной хватки, но у меня и правда как будто бы иссяк весь поток энергии.

– Да в чем дело? Ты ни разу не пробовала и так тоже? – издевательски цедит Даррен, унижая этим вопросом мое самолюбие еще сильнее.

– Пробовала…

– Так что тогда не так? – разъяренно кричит мужчина.

– Ты не понимаешь… Я не могу ТАК… Принуждение – оно убивает все чувства, оно убивает… меня, неужели тебе не ясно? – шепчу я, всматриваясь в его почти черные глаза, в надежде найти хоть какой-то живой отклик.

Оттолкнув меня на край кушетки, ученый злобно схватил халат, накинул, вскакивая. Взъерошив волосы на голове, пинком отбросил стул, покружил по лаборатории и снова сел на кушетку, грубо вытаскивая меня из уголка, где кушетка примыкала к стене. Оказывается, я неосознанно съежилась и попыталась спрятаться. Аура Даррена бушевала алым и черным.

– Хватит трястись! – рявкнул он. – Где твоя хваленая строптивость? Вот теперь она бы тебе не помешала.