Дело дрянь. Рокфест: сердца трех

– Хотя подобное бы польстило любому мужику, но не поздоровится тому, кто будет лапать тебя своим похотливым взглядом.

– Звучит многообещающе, – я нервно прыснула, мои ноги подкосились и если бы не рука Твида, бережливо удерживающая за талию, пала бы на ровном месте. – Но я-то тут причем?

– Замечу наглеца и сверну ему башку. Поняла?

Странное ощущение охватило мое тело. Твид мне никогда не нравился, но одни эти слова заставили мелко подрагивать мое тело от возбуждения! От того, насколько серьезно он отнесся к дальнейшей перспективе наших, еще не начавшихся отношений, я возбудилась!

Другую свою руку он вернул мне на подбородок: и, вот, я снова всматриваюсь в суровые черты – казалось, те к нему напрочь приклеились после двухлетнего кривляния, и другого выражения лица у него нет.

Но прямо сейчас Твид заметно смягчился – складка на переносице ушла, носогубные тоже, разгладилась и ямочка на подбородке. Больше всего привлек внимание его аккуратный маленький носик, задранный кончиком кверху. Теперь вокалист “Инсэй” стал еще более походить на ангела.

Кстати, такой нос, как у него, говорит о впечатлительности, склонности к принятию импульсивных решений. А парень и правда таким был. А еще эти губы сердечком… Суженая и тонкая верхняя, полная и четко очерченная нижняя. Признак решительности и активности личности. И то, что одна сторона рта чуть опущена – равно выдает упрямство Твида.

Против воли сердце в моей груди забухало так, словно я преодолела стометровку за одиннадцать секунд.

Кажется, я очень надолго залипла, разглядывая Твида, потому что сейчас очередная его издевка вернула меня в реальность:

– Так уж и быть, сегодня мастурбируй на мое фото, но совсем скоро мы окажемся в постели.

От столь наглого заявления я задрожала сильнее – так, словно меня поймали на месте преступления. Я, конечно, мастурбирую. И даже понимаю, что однажды заставший меня за этим занятием, Джеб мог проболтаться ему.

Но оргазмировала я вовсе не от мыслей о Твиде! Неужели брат мог сказать подобную пошлость своему кумиру, лишь бы угодить ему?

Мне даже не сразу нашлось, что ответить. И когда удалось совладать с охватившей паникой, раздраженно изъявила:

– Нет, это ты будешь передергивать, пока я сама не лопну от накала.

Твид довольно присвистнул:

– Латит, детка! Ты волнуешь мое воображение с самого утра своей сладкой попой.