Пламенные строки холодного графа

Чудо-сыворотка Уфира помогла ей выстроить все события в правильной последовательности и едва в очередной раз не сорвала план Асмодея.

Что касается нашего персонального ада… Я знал о том, что для обеспечения его Илэриас возвращается на этот свет вновь и вновь, и все повторяется с начала.

Только с толикой незаметной погрешности.

Собственно, насчет амнезии у Темной Герцогини…

Первый момент. В один из следующих циклов Уфир не сможет восстановить память Илэриас своей чудо-сывороткой. И стать опекуном будущих бесопузов Таро и Хиро – тоже.

Потому что Таро и Хиро могут вообще не появятся на свет.

Второй момент. Если Асмодей и его герцогиня воссоединятся, все прочие – также окажутся в зоне риска и позабудут, при каких обстоятельствах могли быть знакомы с Илэриас, да и, вообще, что-либо помнить из общих воспоминаний. Все, кроме меня.

Вот такой выходит сумбур.

ГЛАВА 5. Это наши дети, они – наследие асмодеевцев

[Дар] | Письмо на вторые сумеречные сутки

{Моя дорогая Илэриас, знала ли ты, что твоих бесопузов, Таро и Хиро – я считал своими детьми? Я был вынужден присматривать за ними, потому что Уфир не справлялся с обязанностями опекуна, а Асмодей и вовсе не хотел никого видеть, буквально заперевшись в своем кабинете.

Именно тогда, навещая растущих парней день ото дня, я понял, кто из них лженаследник. Ведь эту информацию почему-то вы (ты вместе с прочими асмодеевцами) решили скрыть от меня.

Я понял причину чуть позднее…

Заметив однажды в глазах Таро этот неестественный нефритовый блеск, свойственный только Асмодею, я понял, что инкуб запечатлился с ним – не своим ребенком.

Также, я замечал за Таро способности, свойственные его настоящему отцу – твоему слуге Себастиану. Он обладал умениями, передававшимися дворцовыми слугами из поколения в поколение. Навести порядок в покоях за считанные секунды, приготовить изысканное блюдо по сложной рецептуре, сделать тебе любую прическу. В такие моменты его глаза становились красными – в тон глазам Себастиана.

Хорошо, что инкуб этого не видел. Должно быть сам Себастиан был очень горд за Таро. Вероятно, ему пришлось нелегко удерживать в узде отцовские чувства.

Зато их мог проявить я. Даже несмотря на то, что Таро и Хиро недолюбливали меня.

Нашим бесопузам уже шестнадцать лет. И они много стали понимать из того, что видят. К примеру, любовь к тебе, которая разгоралась сильнее с каждым моим последующим визитом в Вертерон.

Я сам уже чувствовал себя как член семьи.