Большая книга тёмных сказок Руси

Хлеба-соли не дают, ворота перед носом затворяют, носы ворочают, дразнятся и пальцы в фиги складывают. Это ведь совсем разные вещи: сыто дитятко, родной матушкой обласканное, по головку погладить или рубль подать лбу здоровому на утробушку его ненасытную.

– Ну что ж, коли так, – решил Макар. – То и я дразнится на вас буду. Видимо, судьба моя такова.

И пошел он по белу свету искать гусляров да песенников развеселых. А как нашел, так кланялся им в пояс:

– Здраве бываете, други честные, не прогоните трубадура-песенника, буду верно вам служить, петь, плясать, на дуде играть, народ веселить.

– Ой ли, – прищурились гусляры-песенники, – А покажи-ка нам, на что ты горазд.

Ну Макар и показал бродячим скоморохам свою удаль молодецкую. Достал дудку потешную самодельную, с белочками да зайчиками на ней ножичком искусно вырезанными, приложил её легонечко к губам алым и… Сперва заиграл, а потом и запел звонко да так трельно:

Ты из матери Руси

много денег не тряси,

она даст царю мешок,

она даст купцу смешок

и подаст попу на чай,

а ты мимо ступай,

завяжи рот да сиди

и не трескай калачи

те, что только из печи,

потому как потому

они тебе не ко двору.

Ты ж утрись слезой сырой,

да пляши со мной и пой:

царский терем хорош,

барский дом, ох, пригож,

а моя хата небогата,

зато прибрана, ребята

там рядком сидят,

завидуще глядят…

Дюже понравилась злыдня песенка пересмешникам скоморохам. Взяли они с собой молодого озорника – ходить, бродить по деревням и весям, песни похабные распевать, царский трон расшатывать.

А то! Много подобных прибауток из поганого рта Макарки выскакивало, ведь как ни крути, а мамкино тесто в сыновних боках как засядет дрожжевать, так никакой ложкой его с ребер ужо не отколупать.

Ну суть да дело, а народу Макарьевы прибаутки нравились. И там его теперь ждали и тут. И добралась слава о дерзком нахаленке до самого царя. Выслушал царь-батюшка доносчиков, брови хмурит и велит привести к нему бунтарей самогудов.

Долго их искать не пришлось, что ни площадь базарная, так они там над царевым указами и насмехаются – поют да пляшут, руками машут, а люд простой хохочет, ещё непотребщины просит. А скоморохи и рады стараться, ведь солонину с брагой медовой никто пока что не отменял – нет, нет, а и её охота.

Вот посреди такого гульбища и схватили скоморохов государевы дружинники, да и повели их прямо к императорскому двору.