Царица Теней: возвращение Персефоны

Мы заключим божественную сделку, по условиям которой ты проводишь меня и Персефону к Гелиосу, а после я отпущу Астрея… Я мог бы сделать свой ход в первую очередь, но мне необходимо встретиться с Гелиосом сейчас, а Астрей никуда не денется.

– Божественная сделка? – Эос подняла взгляд к небу и, почти не задумываясь, протянула руку. Она засияла лучами восходящего солнца так ярко, что блики света наверняка заметили смертные за пределами защиты сокрытого города.

– Сделка, – согласился Аид и пожал руку в ответ.

Глава 13.

Гелиос

(начало Эпохи Противостояния)

Персефона появилась у Золотых Врат Олимпа, от которых аллеи вели к дворцам богов, и прошла сквозь них, уверенная в своём решении. За прошедшие месяцы боль отступила, осталось лишь разочарование. Сердце, выжженное слезами, заледенело – оно сжималось где-то там, глубоко внутри, под толстым слоем льда, и приносило воспоминания, не поцелуя с Минфой, нет, а счастливые, те самые, где Аид с ней, вместе, где теплом, уютом и любовью наполнены их взгляды и каждое прикосновение.

Разве мог он, её друг, её верный спутник поступить так? Изменить? Но и возможно ли, чтобы какой-то нимфе хватило сил очаровать его?

(36 Небесный город)

Персефона остановилась в конце аллеи и смахнула выступившие слёзы. Вокруг появлялись почки, зеленели листья, распускались цветы, но это не радовало её… ничто не радовало. Она думала только о том, что скоро её желание исполнится, и царица уже никогда не вернётся к царю, не спустится в мрачное царство.

Никогда.

Какое страшное слово. От него веет холодом, безысходностью и отчаянием. Никогда. Оно тяжестью ложится на плечи, сбивая дыхание, заставляя сердце рваться из ледяной клетки… Персефона простила бы Аида… Она никогда не хотела оставлять его и, если быть честной с самой собой, не могла… не может, но должна.

Должна.

Это сильнее неё, сильнее нитей судьбы, сильнее всего на свете… И Персефона делает новый шаг вперёд, преодолевая себя, прилагая титанические усилия…

– Стой!

Персефона не желала, чтобы ей мешали, чтобы её останавливали, но, Зевс Всемогущий, как же она этого ждала.

Даже если голос ей неприятен, даже если голос, окликнувший её, удивляет, она рада остановиться, отсрочить миг своего кошмара наяву.

– Стой!

Звонкий голос Афродиты задрожал, готовый сорваться на настоящий крик, и Персефона обернулась.

(37 Афродита)

(38 Персефона)

– У меня нет времени на разговоры.