Демоны брельского двора

Амато собрался подойти к танне Эртега, но она уже была окружена толпой оживленно болтающих придворных. Он видел, как в свете сотни свечей торжествующе поблескивают ее продолговатые глаза цвета потемневшего золота – точь-в-точь, как у гадалки на ярмарке.

***

В гостиной семейного особняка Эртега, словно часовой на вахте, у окна стояла высокая, прямая и худая танна Киренния и смотрела в ту сторону, где возвышался над Морени, Брелой и всем миром королевский дворец.

За спиной у нее хлопотала старая служанка, накрывая на стол.

– Как там наша бедная славная девочка в этом змеином гнезде, прости Создатель. Что там только не творится, люди такое порасскажут, что ажно кровь стынет. Чем все это кончится…

– Ничем хорошим, – заверила ее танна Кирения. – Однако они это заслужили, нечестивые предатели.

– О чем это вы толкуете? – удивленно спросила служанка.

– Да уж, пустили лисицу в курятник, – продолжала танна Эртега, словно не слыша ее, – полетят теперь перья…

Служанка всплеснула руками и осуждающе покачала головой.

– Опять вы за свое, возводите напраслину на бедное дитя! Она вам за три года слова худого не сказала, а вы все никак не уйметесь!

Старая танна вспомнила полыхающие дьявольским огнем змеиные глаза племянницы и пережитый ею ужас, и подумала, что худые слова были бы, несомненно, предпочтительнее. Она торопливо осенила себя священным знаком.

В небо взвилась огненная ракета фейерверка и распалась на множество языков пламени, заливших ночное небо.

– Трианский дьявол начал свой путь, – прошептала танна Кирения.

2

Династия Базасов правила в Бреле достаточно долго – больше трехсот лет. Первым принадлежащим к ней правителем был Тель Первый Завоеватель, который, как понятно из его прозвища, был славен тем, что значительно расширил территорию страны за счет честно отвоеванных у соседей пограничных земель.

В частности, южных провинций Лигории, юго-западных Рамалы, восточных – Мирита, а также Корво и Сирокко, которые до встречи с брельской армией почитали себя свободными республиками. Много лет лет не меркла слава Брелы как великой державы, способной показать демонью матерь всем гнусным недругам.

Увы, слава земная преходяща, в чем имел случай убедиться последний Базас – король Лорн VII.