Не родной

Вместо этого Толя говорил таким тоном, будто это на меня напали и приставили к горлу нож.

– Рита, послушай… Я знаю, тебе трудно сдерживать эмоции. Твоя защита сработала хорошо, вот только ты не посмотрела на это с другой стороны.

– С какой? – спросила я, опустив глаза. Отчего-то этот спокойный и уравновешенный тон отчима вызывал вину.

– Прежде всего, твой брат – мужчина. Он должен сам стоять за себя. А ты показала всем, что он этого не может. Ты же не хочешь, чтобы его перестали уважать?

Я недоумевающе взглянула на Толю.

– Но тогда получается, что он совсем один и его некому защитить? Для чего тогда нужна семья?

– Семья нужна, чтобы любить его, поддерживать и заботиться.

– Ммм. – лишь выдавила я.

Стало грустно. Я не хотела мириться с тем, что каждый может говорить про Артёма всё, что вздумается. Я знаю – он всегда будет молчать и держать эмоции в себе, заколотив все двери непробиваемой тишиной.

Это так несправедливо.

– Он имеет право на защиту. Разве не так?

– Рита, защищать свою семью буду я.

Обязательно поговорю с этой девушкой и её родителями. Хотя, теперь мне, скорее всего, придётся извиняться…

– Может, я лучше пойду? А то я вам, похоже, мешаю. – нахмурился Артём.

– Все проблемы мы обсуждаем вместе. – ответил отчим, и Тёма закатил глаза.

– Рита, ты понимаешь, что поступила плохо?

– Да, понимаю.

Нет, я ничего не понимаю.

Выходит, всем можно унижать нашу семью, а мы будем бесконечно договариваться с врагами, потому что в каком-то перевёрнутом мире это правильно?

– Замечательно.

 – Толя впервые за весь разговор слабо улыбнулся. – Но ты всё равно будешь наказана. Теперь месяц занимаешься только учёбой. Со своим репетитором. – он кивнул в сторону Артёма, и я еле сдержалась, чтобы не улыбнуться.

***

– Поздравляю с наказанием. – сказал Артём, заглянув в приоткрытую дверь моей комнаты.

– Спасибо.

Я вовсе не хотела показывать улыбку, но она сама без спросу цепляла губы.

– Можно? – спросил парень, наполовину войдя в дверь.

– Заходи.

– С чего начнём? Алгебра? Информатика? У тебя и там и там тройки.

Я свела брови.

– Роботам информацию о моих оценках космос посылает, или как?

Артём засмеялся.

– Алла Дмитриевна.

– А-а-а. – я выпучила глаза. – Наша любительница умных мальчиков?

– Ревнуешь? – спросил Артём, смешно подмигнув.

– Пф! Тебя? – запротестовала я, и мои глаза почему-то быстро забегали.

– Нет. Аллу Дмитриевну.

Я нахмурила брови.