Наследница из заброшки

Только взгляд зелёных глаз, который она изредка вскидывала на потолок, говорил о том, что та ещё жива. Да и то, какой-то мутный, неживой был взгляд.

В палату вошла медсестра, которую в интернате все, по примеру главврача, называли просто Светкой, и сразу кинулась журить тётю Пашу:

– Почему раньше не говорили, что сдыхает? – ткнула она брезгливым взглядом в Зину и грубо повернула её на бок, – А ну, давай, поворачивайся! Разлеглась тут, корова! Кто пролежни твои мазать будет?

Она задрала ночную рубашку, открывая спину, поражённую пролежнями.

И, грубо втирая мазь, запричитала:

– Никакой пользы от неё! За тех хоть пачку сигарет когда родственнички подкинут. А эту, как кошку лишайную выбросили, а мы – добрые, подобрали. Возись теперь с ней!

Она закончила втирать мазь и подтолкнула Зину к стенке. Та – измождённая, исхудавшая, лёгкая, как пушинка, ударилась лицом о стенку и застонала.

– Не тронь её! – кинулась к Светке тётя Паша. Всё это время она сидела на своей кровати и с ненавистью глядела на медсестру.

Светка оттолкнула тётю Пашу, которой с трудом, но всё же удалось удержаться на ногах:

– Пошла отсюда, ментовка старая! Скажи спасибо, что сына твой хоть когда-никогда за тебя копейку кинет! А то давно бы уже в мешке вынесли!

Услышав про сына, тётя Паша кинулась вслед за медсестрой, которая, выйдя из палаты, уже шла по коридору:

– Постой! Когда ты видела моего сына? Он приходил сюда?

Медсестра остановилась и топнула на тётю Пашу ногой:

– А ну, пошла отсюда! Или укол захотела?

Тётя Паша знала, что спрашивать Светку бесполезно, не зря пациенты клиники в тайне прозвали её злюкой.

Тётя Паша поспешила в свою палату к Зине, понимая, что это единственный человек в жизни, кому она нужна.

Уже которую неделю мобильный Зины был отключён. Любаша порылась в записях и, наконец, нашла номер её домашнего телефона. Ближайший таксофон находился недалеко – в районе автовокзала, но она отвыкла пользоваться городскими телефонами, и не представляла, где сейчас, в эпоху мобильной связи, можно приобрести карту.

К счастью, она вспомнила, что домашний телефон есть у соседки и попросилась сделать звонок.

Трубку сняли сразу же. По голосу Любаша поняла, что Женя выпивший.

– Ой, слава Богу, хоть ты дома! Никак не могу дозвониться Зине.

– Конечно, не можешь. Она уехала, – ответил Женя.

– Куда уехала?

– Отдыхать, – бахвалясь, заявил он.