Оазис

– Честно, даже не знаю с чего начать, – продолжила она, – у нас не бывает гостей с экскурсиями, только по делу, с конкретными задачами.

– Сидни, я как-то по-другому представлял лабораторию, научный комплекс…

– А, ну конечно, все в очках, серьезные и неразговорчивые. Верно?

– Ну, типа того.

– Понимаете, друзья, мы, сотрудники этого корпуса, не просто ученые. Мы любим животных, и в нашем эксперименте нам нужна взаимность. Животные, птицы, даже рыбы нам отвечают тем же. В том числе и поэтому у нас нет дресс-кода, а также не такое унылое оформление, как в остальных научных частях.

Мы никого не мучаем, мы изучаем поведение, записываем его на носители. Моделируем различные ситуации, в том числе, нехарактерные для дикой природы.

– Это какие? – Спросила Джулия.

– Ну, самое простое – это показать им зеркало.

– Зеркало?

– Верно. Вы видели зеркало в лесу или в океане?

– Нет, но есть ведь водоемы, там отражение…

– Это другое. Отражение в зеркале провоцирует реакции, которые сложно имитировать.

Страх, агрессия. Если любопытство можно вызвать, просто подкинув игрушку, то самостоятельно пугать или дразнить наших подопечных мы не будем. А вот увидев свое отражение в том месте, где его быть не должно, зверь или пугается, или начинает защищать территорию, и мы это фиксируем. В общем, мы стараемся вызвать эмоции, максимально приближенные к естественно вызванным.

– Только зеркалом?

– О, нет, конечно. Я привела самый примитивный пример, просто для понимания, на самом деле, мы его не применяем, есть куча более эффективных тестов.

Тем более, что ассортимент подопытных образцов у нас ограничен.

Последняя ее фраза меня немного покоробила. Может, она тоже имитирует любовь к животным?

– Сидни, покажи нам, как вы считываете данные с ваших подопечных.

– Разумеется, – мы подошли к одному из вольеров, – смотрите.

– Волк?

– Да, волк. Вон там, там и там стоят датчики, которые снимают всевозможные показатели во время тестов. Температура тела, давление, работа мышц, движение зрачков, напряжение мышц и прочее.

Вот, недавнее снятие, реакция на грозу.

– На что?

– На грозу, разумеется, искусственную. У нас есть отдельный зал для имитации ряда природных явлений.

Я смотрел на трехмерную модель эксперимента. Очертания зверя менялись, показывая нам то полигональную сетку, то температурный образ, то еще какие-то непонятные мне модели. Мельком взглянув на Джулию, я увидел, что ей это все тоже не нравилось.