Не спортивные отношения: от ненависти до…

– Тонь, у тебя еще есть глинтвейн? – спросила меня Оля.

– Есть, ага, – кивнула я.

– Ты что-то мало пьешь, – приподнял бровь Витя.

– Я пью-пью, просто мне налили целый ковш!

– Вот и правильно! Пей! – сказал Витя. – Пить в нашем коллективе – значит иметь пятьдесят процентов успеха среди коллег. А ненавидеть Царя Зверей – все девяносто девять…

Я расхохоталась.

– Ай-яй-яй, – покачал головой Под… бышек, – слышал бы тебя Лев Эдуардович, расстроился бы…

– Ну и пусть, – пожал пьяно плечами Виктор, – у него работа такая – расстраиваться.

Если тяжко ему, пусть идет в морг работать. Там его будут окружать беспроблемные ребята, которые не дадут повода для расстройства.

Я снова рассмеялась, а потом сказала:

– Вы немного притормозите, а то напьетесь еще до музея.

– Сказала дама с ковшом глинтвейна, – усмехнулся Под… бышек.

Я подняла на него глаза и сделала большой глоток. Какой все-таки бесячий тип. Он также продолжал смотреть на меня, свысока и усмехаясь.

– Если ты когда-нибудь найдешь вторую половинку, познакомь меня с ней, мне нужно будет высказать ей свои соболезнования, – сказала я наконец.

– А ты меня со своим парнем познакомишь. Но проблема в том, что я сомневаюсь, появится ли он в твоей жизни…

– Вот и меня терзают смутные сомнения по поводу тебя и твоих отношений с женщинами.

– Тебе не кажется, что ты слишком много обо мне думаешь?

– Или ты обо мне? – не отставала я.

– Ты невыносима, – он отвернулся.

– Ты тоже, – я пожала плечами и посмотрела в окно, пытаясь услышать, что там рассказывает гид.

Оставшуюся часть пути мы проделали под интересные истории о нашем регионе под алкогольными парами. Что в целом не могло не поднять настроение. Когда же прибыли в пункт назначения, я, скажу честно, переживала, что некоторые не смогут культурно себя вести в музее. Или даже выйти из автобуса. Но нет, так как алкоголя было немного, то он скорее вселил в народ оптимизм и ничего больше.

Спустя полчаса я еще больше была благодарна Царю Зверей за экскурсию.

В какой-то момент мне показалось, что я нахожусь в Питере. До входа на территорию усадьбы нас сводили в туалет, а затем уже повели за кованый забор. Одни ворота с позолоченными башенками и белыми колоннами навеяли атмосферу прошлых столетий. С ума сойти, кто бы мог подумать, что в нашем захолустье есть такая красота.

Мы увидели старые фонтаны, которые, конечно, в зимний период не работали.