В мое сердце из Азии

После нескольких мучительных попыток приучить себя к спорту я плевала на все и думала – да и ладно, и так неплохо. Лично мне нравится.

На уровне шестого этажа мое дыхание стало напоминать скрежет старой колесницы, черт, долго там еще?

Не могу сказать, что была грузной, просто антиспортивной. Мой рост был средним, ноги не длинными, талия не узкой. Обычная такая девушка тридцати двух лет, не имеющая детей, мужа и даже парня.

Печальный опыт «почти семейных» отношений у меня имелся. С Ромкой мы жили в гражданском браке, к ужасу моей мамы, прошу заметить, долгих шесть лет.

И он ни в какую не желал идти в ЗАГС. Сначала я ждала, что позовет замуж, это ж так важно: свадьба, белое платье. Потом поняла, что эта история не про него, и смирилась. Ну и ладно. А потом оказалось, у Ромки на работе есть менеджер Танечка. Танечка тоже шесть долгих лет ждала, когда ж Ромка отведет ее в ЗАГС. Ну я упростила ей задачу – выперла Ромку из своей квартиры. Не знаю, дошли ли они до ЗАГСа. Надеюсь, что да. Очень мне хотелось, чтоб этому козлу поставили печать в паспорт и контролировали каждый шаг, чем никогда не занималась я.

От Ромки мне остались куча комплексов, неуверенность в себе, мысли, а не виновата ли я сама во всем, и прочее «счастье». После этого длительных и серьезных отношений никак не получалось. И если в околотридцатилетнем возрасте на свидания гнали мысли из серии «замуж пора – товар из категории „востребован“ переходит в категорию „неликвид“» или «все гинекологи Руси считают, что моя матка через год уже будет не способна воспроизводить потомство», то теперь все изменилось окончательно.

Я самодостаточная, самостоятельная, ни от кого не зависящая. В возрасте тридцать плюс женщины делятся на две категории: тех, кто готовы быть хоть с кем-то и родить хоть от кого, лишь бы для себя, и на тех, кто начинает ловить кайф от одиночества, более разборчиво сортировать оставшихся в свободном выгуле мужчин.

Я относилась ко второму типу женщин.

И если у меня заводился какой-нибудь Андрейка с пятничной соской пива на диване, то он неизменно начинал меня бесить стоящими в углу носками, дурацкими привычками или интеллектом примитивного животного типа: пожрать есть, диван есть, баба есть. Все. Жизнь удалась.

Теория «родить для себя» отвергалась мной на корню. Либо все, либо ничего. Родить для себя – это как для галочки. Не потому что хочу, а потому что так положено. Мне не хотелось как положено.