По следам своих снов

Если ты будешь продолжать в том же духе, ты получишь нервный срыв, а с этим не шутят.

– Что ты хочешь сказать?

– Тебе нужно успокоиться, попить витамины. Слушать спокойную музыку, больше гулять. Так нельзя, понимаешь? Я вообще порекомендовал бы тебе пройти профилактический курс в нашей клинике, но боюсь, что ты опять меня выгонишь… И я останусь без кофе. А он так вкусно пахнет. Я не смогу отказать себе в этом удовольствии.

– Ты всерьёз считаешь меня ненормальной? И считаешь, что мне надо полежать в психушке?

– Ну зачем лежать? И у меня не психушка.

Так рассуждают жертвы предрассудков. У всех бывают сложности и неприятности, и иногда нам нужно, чтобы кто-то просто побыл рядом… Обычно эту миссию мы возлагаем на своих друзей, но иногда их не бывает рядом в нужный момент. Так бывает. И тогда людям помогают врачи. Ты ведь к врачу иногда ходишь?

– Ну, хожу…

– Психиатр ничем от обычного врача не отличается. И тот курс, о котором я говорю – всего лишь лечение музыкой, цветом, плюс немного успокоительного – мята, ромашка, ещё кое-какие травки.

Так что твои опасения совершенно беспочвенны.

– В твоей клинике лечат музыкой? И цветом? Ты это серьёзно? Никогда не думала, что так можно лечить!

– Можно, и поверь мне, довольно успешно. Кстати, древние греки лечили именно так. Например, у Пифагора была целая система лечения музыкой: для каждой болезни существовала своя мелодия. А ещё известен случай, когда одной только музыкой тот же Пифагор предотвратил убийство в состоянии аффекта.

– Разве Пифагор был врачом? Он же был математиком. По-моему, ты что-то путаешь.

Конечно, что-то по философии они в институте проходили, но всё, что могла вспомнить Вика – это теорема Пифагора из школьного курса геометрии.

– Да нет, милая барышня. Пифагор был величайшим учёным, математиком – в том числе, философом, мистиком, социальным реформатором и много кем ещё.

На самом деле это он был самым великим ученым Древней Греции, да и самым популярным тоже, остальные так и не смогли даже дотянуться до его уровня. Сейчас, увы, его имя ассоциируется лишь с известной теоремой, хотя такое принижение заслуг величайшего Мастера в истории человечества несправедливо.

Вика удивилась. Дело было даже не в том, что Константинас знал про древнегреческого философа что-то, чего она не знала.