Цветочный горшок из Монтальвата

Не то решат еще, что под покровом ночи я соблазняю хозяйскую сестру… ох, уж эти мне маленькие городишки!.. Кстати, забыл сказать – я тоже верю в лесных дев. Приятных вам снов!

* * *

Снов Катти не видела в ту ночь никаких, потому что не спала. Короткий разговор этот взбудоражил ее не на шутку.

И почему ей самой никогда не приходило в голову, что из Байема можно уехать?…

На душе было тревожно и весело, как перед грозой. Предложенный Волчком выход казался простым и сложным одновременно. Уехать – просто.

Для этого достаточно сесть в дилижанс. Добраться до хозяйки книжной лавки в Юве тоже, наверное, не составит труда. Был бы адрес. Но…

Катти никогда еще не выезжала из Байема. Только на ярмарку в соседний городок, Варц. И незнакомый большой мир ее страшил. Как темный лес, полный дикого зверья. Одна, без спутников, без дружеской поддержки… справится ли она? Не потеряется ли, не заблудится ли в этом лесу?…

Хотя на самом деле она уже знала ответ. Все лучше, чем идти топиться – убивая тем самым надежду встретиться с Имаром даже на небесах.

Нужно лишь привыкнуть к мысли об отъезде. Еще раз поговорить с Волчком…

И откуда он только взялся, этот странный человек – с насмешливыми глазами и добрым сердцем? Как сумел всего за один день понять ее боль и одиночество? Удивительно… Умный, способный сострадать – в Байеме она таких не встречала.

Назвал ее «редким цветком». Сказал, что верит в лесных дев. Еще удивительней! Улучить бы время, расспросить его обо всем – о девах, о столице… о том, в конце концов, кто же он на самом деле такой?…

Катти и не подозревала, как сильно ей пришлось бы удивиться, если бы она могла заглянуть в мысли самого Волчка – в тот миг, когда, поднявшись после разговора с нею в чердачную каморку, отведенную ему для проживания Корхисом, он рухнул не раздеваясь на топчан.

Ибо, подложив руки под голову и закрыв глаза, новый работник «Веселой утки» немедленно завел про себя до крайности странную и непонятную речь…

«…Здравствуйте, бесценная Катерина Матвеевна… то бишь Вероника Андреевна! Добрый день – тьфу, ночь на самом деле, – веселая минутка!

Да уж, навеселиться я успел так, что язык заплетается и ноги не держат.

Работа в трактире – не сахар, доложу я тебе, любовь моя, не сахар…

Но ничего, ничего, зато я страшно горд собой.

В доверие ко всем, конечно, втерся, но это пустяки, дело привычное. Главное, я в кои-то веки – не поверишь, душа моя! – сумел удержаться от неосторожного обещания.