Сборник моих ранних рассказов

Ей казалось, что симфония, которая сейчас играет, солнце, окрасившее небо в нежные тона, квас, дарящий бодрость и приятную прохладу, теплый ветерок из открытой форточки, сливаются воедино и обволакивают ее существо какой-то неземной энергией, от которой в сердце становится тепло-тепло, уютно, радостно, прекрасно, и так хочется поделиться этим состоянием с окружающими, и кажется, что сейчас в душе столько любви, что ее хватило бы на весь мир!

Ее мечты улетели далеко – далеко, и Маше хотелось написать для своей арфы такую мелодию, которая смогла бы подарить людям это великолепное чувство, которое она испытала сегодня утром.

Она задумалась и, подбирая ноты  и ритм своего возможного шедевра, слегка покачивалась в такт.

Она увидела в окне угрюмого человека с портфелем, который странно посмотрел на нее и пошел дальше, слегка горбясь и явно погруженный в какие-то проблемы… Казалось, он разговаривает сам с собой, совершая неясные движения руками, его походка была напряжена.

Маша почувствовала жалость к этому немолодому мужчине,  который так расстроен чем-то в  это прекрасное утро.

Та неземная энергия, которая ее наполняла, разбудила в ней  вдохновение. Маша думала об этом раздраженном мужчине, и  в ее душе рождалась мелодия, которая, как девушке очень хотелось бы верить, смогла бы заставить его измученное и заледенелое сердце растаять, а самому мужчине улыбнуться счастливой улыбкой, восхищенно вслушиваясь в переливающиеся звуки арфы.

Она написала это произведение за два дня! И в перерывах, когда Маша отдыхала от подготовки к экзамену, она вновь и вновь играла на арфе свою новую мелодию, доводя ее до совершенства.

И вот наступил день последнего экзамена. Собрались студенты, преподаватели, комиссия и несколько посторонних слушателей, которых иногда пускают за небольшую цену  в консерваторию приобщиться к прекрасному миру музыки, ведь это играют не всемирно известные музыканты, а пока лишь студенты.

Девушка сразу узнала среди случайных слушателей «мужчину с портфелем», который и в консерватории умудрялся сохранять хмурое выражение лица, и очень удивилась такой неожиданной встрече.

Он ее, конечно, не узнал и тихо обсуждал с соседом по креслу неудачные реформы, проблемы экономики и финансовый кризис, почти не слушая студентов, поскольку считал, что они по определению хорошо играть не могут, так как еще не набили руку, а на посещение концертов знаменитых музыкантов у него не было денег.