Потрясение. Повесть-фэнтези

Но сегодня она может работать только в форме передачи полномочий народа её избранному представителю в общем законодательном органе.

В Америке нет и единого языка, это определяет для себя каждый штат в отдельности. Каждый штат имеет свою конституцию, столицу, флаг, гимн, автомобильные права, правила дорожного движения…

Каждый штат имеет свою местную законодательную ассамблею, которая издаёт законы штата и занимается бюджетом, имеет свой Верховный суд и так далее.

И это всё только в Америке, уверовавшей в свою непогрешимость и оттого, наверно, с такой маниакальной настойчивостью насаждающей своё понимание демократии всему миру, особенно в так называемых третьих странах.

И теперь всюду сбои. Почему? Может потому, что политика стала главенствовать над здравым смыслом?

Эти мысли занимали Майкла сейчас… Время ли собирать камни, когда над твоей головой проносится всеразрушающий смерч, а ты выжил. Это, безусловно, стресс, заставляющий подумать о своей жизни и об окружающем мире.

Однако усталость и сон сморили его…

Разумные существа

Забелин дозвонился до некоторых родственников, связь работала исправно, все были в курсе происходящего, но по-разному реагировали на события. Паники ни у кого не было.

Побывав в бомбоубежище, поняли, что бессмысленно в нём прятаться, – прошло порядочно времени и последствия от взрыва на американском континенте уже бы дали о себе знать.

Эти бомбоубежища сохранились с советских времен только в старых многоэтажках.

Виктор помнил эти бетонные, полуоборудованные помещения под общими домами. Всюду вентиляционные оцинкованные трубы, о которые невозможно не стукнуться головой, проходя по лабиринтам подвала.

Вряд ли когда-либо включалось вентиляционное оборудование. Оно было не укомплектовано, а то и разворовано жителями, обслуживающим персоналом жэковских сотрудников сразу после сдачи жилого объекта.

Кому-то понадобился электродвигатель вентилятора, кому-то – дефицитная оцинковка… За всем этим хозяйством никто не следил и никто, похоже, ни перед кем не отчитывался.

В некоторых домах, Виктор помнил, были установлены какие-то стеллажи, типа кроватей. Все это ржавело, оставаясь как памятник бесхозяйственности и дань страху времен Карибского кризиса шестидесятых…

Они вернулись в квартиру, Виктор включил телевизор. Симфонический оркестр уже не играл, шёл какой-то старый фильм.