Без семьи и наследников

 – На окнах никаких видимых повреждений?

– Нигде ничего, – развёл руками Пахомчик. – Впустила сама – тут без вопросов. Значит, хорошо его знала, раз не испугалась даже ночью. А вот вещи похищены – подруги всё проверили. Деньги, подсвечники, ваза, книги, ювелирные изделия…

Рядом, в кресле, всхлипывала пожилая женщина в цветастом платье и индийских разноцветных бусах – та самая, что обнаружила труп. Услышав знакомую фамилию, она позеленела от ужаса, потому что совсем недавно добросовестно выкладывала следователю всё, что слышала от Верочки относительно её врага.

– Вы думаете, инсценировка? – предположил Грачёв.

– Есть такая мысль, – не стал уточнять Пахомчик. – Вы давно её в последний раз видели?

– В прошлом году, зимой, она навела на нас с братом бандитов. Потом приходилось встречаться с ней на очных ставках. В последний раз это было в начале августа прошлого года, а потом её дело закрыли. Она ведь защищала Мариинский дворец во время путча, и это обстоятельство перевесило всё.

Я с вами откровенен, поэтому прошу верить мне. Не скажу, что сейчас очень расстроен. Скорее, наоборот. – Грачёв сделал шаг к кухне. – Тело там?

– Да, – рассеянно сказал Пахомчик, уже в который раз внимательно рассматривая комнату.

Протолкавшись между возбуждёнными понятыми и ещё какими-то официальными лицами, Всеволод вошёл в кухню и присел на корточки. Он уже привык видеть мертвецов под простынями, но этот труп вызвал такое волнение, что даже затряслись руки. Грачёв отогнул уголок проштампованной чёрным простыни, еле сдерживая торжествующую улыбку.

«Ну, вот и всё, Мишка! Вот и всё. Хорошо, что я руки не замарал – так ей даже горше…»

Всеволод вспоминал, как на таких же носилках тащили брата, а потом – Катю Корсакову. Перед глазами до сих пор стояла морозная ночь, вспоротый пулями джемпер Мишки, лебединая шапка медсестры. А сейчас перед ним лежала Абоянцева – с чуть приоткрытым ртом, откуда ещё сочилась кровь. Шесть пятен изуродовали нитяную ткань джемпера.

Всеволод подумал, что Абоянцева особенно не изменилась – она всегда походила на покойницу.

«Вы ловите преступников? Да вы не имеете права, слышите? Вы и вами охраняемое государство – вот корень всех бед нашего народа! Но колосс на глиняных ногах уже рушится… Империя погибнет. И тогда на пустом месте наступит новая жизнь. Я уничтожала врагов… Мои единомышленники уже у власти, и они всё разрушат…»

– Неблагодарными оказались твои единомышленники, паскуда.