Божок

Они у нас на метро не катаются, и без охраны в метро не заходят. О том, чтобы вламываться к ним домой, не может быть и речи. Ни шила в сердце, ни пули с близкого расстояния. Выпасать каждого с хирургической тщательностью Я только прошу меня торопить и не ограничивать сроками. Лучше провозиться дольше, подготавливая акцию, чем потом намертво увязнуть. Теперь насчёт исполнителя…

– Исполнителя? На всех семерых – одного? – Махмиев был озадачен. – Я хоть такое и допускал, но думал, что ты будешь против.

– Желательно.

Никто так не делает, а мы сделаем. Лучше всего поступать нестандартно, тогда труднее принять меры. Никто для семи ликвидаций подряд не использует одного человека – мы это организуем. Будем изменять его внешность гримом, создавать различные комбинации. Писать талантливые сценарии, чтобы ни одна ситуация не повторялась. Чем меньше народу будет об этом знать, тем лучше. Ликвидации, если повезёт, будут частыми – с интервалом всего в несколько дней. Так тоже не делают, поэтому сделаем мы. Новаторам должно повезти. Времени, жаль, в обрез.

– Сам говоришь, что торопиться не нужно, – напомнил Темир.

– Торопиться не нужно, но и медлить нельзя. Да, следует искать новенького. Не бросать на ликвидации людей, которые одним установлением своей личности выведут на нас. Но нового бойца тоже нужно подбирать очень тщательно. Это я беру на себя. Здесь мы на ошибку права не имеем. Доверять кому-то рискованно.

– И кто это должен быть, по-твоему? – Заинтересовался Махмиев.

Он уже примерял на роль ликвидатора знакомых парней славянского типа.

Кавказцы категорически не годились.

– Ему нужна надёжная легенда. Самый порядочный с виду человек, от которого никто не будет ждать покушения. Но эти семеро будут ждать его от любого мужика. Никаких ветеранов «горячих точек» – я на них насмотрелся. Истерики и наркоманы, склонны к ненужной, даже опасной браваде. Не целиком предсказуемы…

– Женщину хочешь привлечь? – догадался Махмиев.

– Тоже не пойдёт. Ни в постель, ни в обслугу её не протолкнуть.

Лучше всего для этой цели брать мальчика. Безумная мысль, скажешь?

Геворкян внимательно следил за реакцией Махмиева. Тот взглянул удивлённо, недоверчиво.

– Это и есть мой коронный ход. Сейчас я тебе всё объясню.

– Объясни. Надо сказать, ты меня сильно удивил.

Темир повернул на пальце свой знаменитый перстень, показывая, что мальчику он будет велик. Ночник освещал осунувшееся лицо «авторитета», придавал его глазам неживой, электрический блеск.