Мёртвая вода

Олег никак не мог забыть тот взрыв в стороне дома Добина, и очень переживал.

– Грустно… Я не знаю, что буду делать, если друг погиб. Такого ведь и не найдёшь больше…

– Он тоже изучал экономику? – Франсуаза из-под колёс машины следила за тем, как пули чиркают по асфальту, вышибая крошку.

– Нет, он химик. Гений, представляете? И отличный музыкант. Я мог бы потом рассказать…

Несколько крупнокалиберных пуль прошили «Волгу» насквозь и вонзились в землю у голов Олега и Франсуазы – прямо между ними.

– А я решила, что мы укрылись надёжно, – разочарованно заметила молодая женщина.

 – Тогда давайте бежать. Понадеемся на судьбу!

– А что ещё делать? Будем потихоньку продвигаться за кустами, – решил Олег. – Вот когда на открытое место выйдем, придётся бежать. На наш русский «авось»…

– На авось – согласна! – Франсуаза улыбнулась и пропала в кустах.

Величко вдруг почудилось, что сейчас всё кончится. Он нырнул вслед за своей очаровательной спутницей, вернее, за боевым товарищем. В это время мимо пронёсся ещё один БТР, поливая огнём кусты, забор стадиона, дома через улицу напротив, зазевавшихся солдат.

На том месте, где только что лежали Олег с Франсуазой, асфальт зиял выбоинами. Шансов у них не было бы никаких. Неподалёку стоял густой мат – там перевязывали двух новых раненых.

– Бешеный! – Величко яростно продирался к Франсуазе. Ветки кустов цеплялись за его плащ и галстук.

– Я здесь.

Француженка широко раскрытыми глазами смотрела, как тает оставленное БТРом облачко смога. От тяжёлой, осенней жары пот струился по их грязным лицам.

– Подождите немного, Олег. Один момент…

– Вы ранены? – испугался Величко.

– О, нет, нет! Я просто хотела вам сказать…

Послышалась канонада авиационных скорострельных пушек тридцатого калибра. Олег знал все модели военной техники не только потому, что ездил на сборы. Пришлось вызубрить, чтобы не ударить в грязь лицом перед сыном. Сам Величко никогда особо войной не бредил. Но вот у ребёнка дед был контр-адмиралом, подводником. А прадед – морским боевым лётчиком.

Его ныне здравствующая вдова оперировала раненых в палатке, под обстрелом. Да и по другой линии одни герои, да ещё высокого происхождения. И все воевали, где только могли – кто в охране русских царей, а кто, наоборот, против них.

Кровь в мальце кипит. И Олег должен эту страсть удовлетворять, раз назвался его отцом. Сейчас бы сына сюда, не дай Бог, конечно. Вот бы интересно ему было!..

– И что вы хотите мне сказать? – вспомнил Олег.