О прошлом приказано забыть

– Со стороны всё это выглядит обычной погоней за прибылью и поиском авторитета на мировом рынке наркотиков. На самом же деле моя цель заключается именно в том, чтобы загнать клопов под шкаф. Но для этого нужно, чтобы клопы сбежались на приманку. Такая приманка – наиболее благоприятные условия. Торговцы из СНГ, из дальнего зарубежья, даже из Колумбии должны понимать свою выгоду и никуда не отчаливать. По моему указанию создаётся впечатление, что их товар здесь очень нужен. Хотя на самом деле я один, с помощью своих препаратов из трав и синтетических смесей мог выбросить их за горизонт со всеми крэками и героинами, не говоря уже о маковой соломке.

Например, есть у меня такой препарат «Г-58», который даст каждому, чего у него нет. К примеру, старый импотент переносится в сауну с голыми девушками, и так далее. Аналогов у этого препарата нет, потому что я свои изобретения нарочно патентую. И от поставок иностранным заказчикам имею жирный навар. Этот препарат называют «Глюк» и очень любят…

– То ли от слова «глюки», то ли перевод слова «счастье», – заметил Эссе, тихо позвякивая ложечкой в чашечке с кофе.

 – Значит, вы делаете этих деятелей своими должниками, предоставляя им различные льготы?

– Да, – согласился Готтхильф. – Во-первых, товар не уйдёт на не контролируемые мною рынки, то есть в другие города и страны. Во-вторых, я по сигналу могу обезвредить сразу всех, но это только в крайнем случае. Лучше, осторожности ради, выбивать пока по одному. Так что вас интересует конкретно? Может быть, немного выпьете? У меня есть виски и джин.

– Да? – оживился Эссе. – Наверное, немного согрешить можно. Как-то за границей могут гонять на машине после несколько бокалов крепкого коктейля. А у нас почему-то считается. Что после одной капли авария неизбежна.

– Тогда подождите минуту…

Филипп вышел из кухни. Вернулся он с бутылками джина, виски и тоника, сифоном содовой и вазочкой со льдом.

– Если голова «поплывёт», сразу говорите. У меня есть средство, восстанавливающее стопроцентную трезвость.

– Вот золотое дно! – восхищённо сказал Эссе. – Это не только наркам нужно, но и нормальным людям. – Геннадий, будешь?

– Плесни чуть-чуть.

Петренко не любил пьянок, но сейчас ему казалось, что для установления контакта, для свободного общения можно на это пойти. Кроме того, возможно, на душе станет легче. Душевная рана, нанесённая полковнику уходом Озирского, всё ещё кровоточила.

Когда они выпили, Филипп перешёл к делу.