Озирис

Когда освобожусь, позову тебя…

Закрыв за Германом дверь комнаты, Андрей пошёл к двери. Он сам заметно покачивался от выпитого и ругал себя за это. Звонок опять резанул по барабанным перепонкам – уже зло и нетерпеливо. Только бы никто не вышел до ветру или блевать, потому они с Обером должны встречаться наедине.

– Поздравляю!

Филипп шагнул в квартиру, обдав Андрея ночной сыростью и запахом дорогой туалетной воды.

Одет он был странно – в чёрную атласную косоворотку, кожаную куртку, галифе и высокие сапоги.

На безымянном пальце правой руки звездой горел перстень с крупным бриллиантом. Его шикарный «БМВ» проехал под арку так тихо, что Андрей ничего не услышал. Впрочем, его отвлёк разговор с отцом.

Сейчас Обер улыбался, по своему обыкновению, несколько смущённо, одними губами. Он выглядел добродушным, милым, приветливым, совершенно безобидным. Озирский вспомнил, что руки этого симпатяги по плечи в крови, и его прошибла слеза.

– Пошли на кухню! – Андрей хлопнул позднего гостя по спине.

 – Не обессудь, у меня во всех комнатах на полу спят…

– Можно и на кухню. – Обер расстегнул кожанку, но снимать не стал. – Я ненадолго… – Он запустил руку в карман. – Зная наши дурацкие законы, я приготовил для тебя отличный подарок. Смотри какой, вместо всяких там самопалов…

– Классно!

Андрей увидел новенький «кольт» последней модели и едва не лишился дара речи. Блестящий от масла, в замшевой кобуре, пистолет завораживал с первого взгляда. К нему прилагалась и коробка фирменных патронов.

– Надеюсь, пригодится.

Филипп снова пошарил по глубоким карманам. Неожиданно для именинника он вытащил банковские пачки купюр разного достоинства и швырнул их на стол.

– Можешь не считать – ровно «лимон». Прими на свои нужды. В любом случае не помешают. Если себе не возьмёшь, то семьям погибших поможешь. Или агентуру оплатишь, – ухмыльнулся Обер совсем по-бандитски. – У меня сейчас один препарат лихо пошёл. Хочу грех замолить и жертвую на благотворительность.

– Филя, я даже не знаю, что и сказать-то тебе!

Андрея повело на сторону, и он схватился за край стола.

Потом с трудом нащупал табуретку.

– Садись, я тебя буду угощать.

– Погоди, я ещё не все подарки вручил. – Готтхильф достал из внутреннего кармана куртки небольшую коробочку. – Карманный компьютер, японский – лучше всяких записных книжек. Он уже с батарейками, и руководство на русском приложено.

– Благодарствую! – Озирский тряхнул Готтхильфа за плечи.