Собака мордой вниз

Они сидели перед ней, как два голубя, – малогабаритный невзрачный жених и трепетная невеста пятьдесят четвертого размера.

– Будьте счастливы, – сказала Соня. А что ей еще оставалось?

Конечно, она предпочла бы, чтобы мать в своем бальзаковском возрасте обошлась без сексуальных излишеств. Жили бы себе и жили, как хорошо! Однако никогда не озвучила бы этих своих пожеланий. И матери хотела только счастья. Хотя какое может быть счастье с Егорычем?

Но действительность превзошла все ее самые смелые, самые фантастические, самые невероятные ожидания.

Мать летала на крыльях, светилась счастьем и даже пела, чего Соня не слышала от нее уже много лет.

Чем только он ее околдовал, хотелось бы знать? У матери спрашивать об этом было неловко. А Марта сказала:

– Значит, настоящий мужик.

– Егорыч?! – не поверила Соня.

– Молодая ты еще, – усмехнулась тетка. – Думаешь – настоящий, значит, красивый и богатый? Нет, моя дорогая. Настоящий – это когда женщина поет. Вот как твоя мать. А во дворце или в лачуге – это уже второй вопрос.

– Лучше петь во дворце, – резонно заметила Соня.

– А это уж как повезет…

Егорыч оказался человеком необременительным и даже полезным, а вернее, просто незаменимым. Все под его удивительными руками обретало второе дыхание: тикало, горело и охлаждало, всасывало и извергало, цвело и наливалось плодами; Соня под его руководством научилась водить машину и получила права; мать под его крылом помолодела на десять лет и заливалась, как курский соловей – «Вы хочете песен? Их есть у меня…»

Щуплый молчаливый Егорыч оказался жизнестойким, как Робинзон, и надежным, словно… Ой-ой-ой! Где же искать критерии надежности в наши пошатнувшиеся времена?

– А ну-ка! – подначивала Марта.

 – Давай, будущая журналистка, покажи нам свое виртуозное владение словом. Итак, надежен, словно?..

– «Весь аэропорт»?

– Не смешите меня!

– Вклад в сбербанке?

– Я вас умоляю!

– Швейцарский банк?

– Нет-нет-нет! Никаких заморских ценностей! Только отечественные твердыни.

– Слово олигарха!

– Да тьфу на него!

– Ну, тогда у меня остался последний козырь, – не сдавалась Соня. – Я бы пошла с Егорычем в разведку: в бою не дрогнет, в беде не бросит, под пытками не выдаст.

– Молодец! – хохотала Марта. – В самую точку. Интересно только, что они не поделили с прежней женой…

Они с теткой как-то особенно сблизились в тот период, притянутые друг к другу горечью утраты и одиночеством.