Пустошь

Солнце скользит по небесной глади, мягко поглаживая тёплыми лучами иссушенную землю.

– Значит, ты будешь держать курс на запад?

Черноволосый человек пристёгивал к боку лошади сумку.

– Да, Фред, в сторону Травальды. Тут уже ничего не поделаешь. Я – Торговец. Мне нужны заказы.

Фред грустно вздохнул и отвёл взгляд. Противогаз со слезой и словом «Ангел» под одним стёклышком висел с правого бока лошади. Трофей, добытый в одной из экспедиций в Ничейные Земли. Вольные Торговцы всегда увешаны таким барахлом.

– Не доверяй колдунам, Жакс.

– Им и так никто не доверяет, Фред, – выдохнул Торговец, забираясь на спину лошади, – но это не мешает заключать с ними невероятно выгодные сделки.

– Всё равно будь осторожен. От Полуночной Башни никогда нельзя было ожидать ничего хорошего.

– А от кого сейчас можно ожидать чего-то хорошего? Прошли времена, когда можно было хоть кому-то доверять.

– Я понимаю, просто хочу предупредить. Зло из Пустоши расползается, Жакс. Не лезь в пекло, прошу тебя.

– Ха, зло, – хмыкнул Жакс. – Зло сейчас повсюду. На Юге банды бесконечно воюют ради выживания, Чёрные Рыцари вырезают народы и перекрывают дороги ради своей империи, леса Востока горят огнём войны, да и Дома Севера не дружно поживают на берегах Краесветного Океана. Зло не в Пустоши, Фред, зло в людях. Так уж мы устроены.

Фред вздохнул.

– Удачи, Жакс, – сказал он и приложил два пальца к виску – традиционное приветствие и прощание у Странников. – Главное – удача. Остальное приложится.

Жакс засмеялся и дёрнул лошадь за поводья.

– И тебе того же, друг! Передавай привет своему пацану, из него выйдет славный Странник! Но! – крикнул он лошади, и та поскакала вперёд по песчаной тропе между высоких сосен.

Фред тяжелее опёрся на посох и грустно вздохнул. В глазах у него стояли слёзы.

Откуда-то прибежал мальчик.

– Что случилось? Почему ты плачешь?

Фред почти что с трудом поднял голову и уставился на дорогу.

– Боюсь, что я больше никогда не увижу своего старого друга.

– Почему, Фред?

Старик посмотрел на желтоватый песок под ногами.

– Потому что такова судьба, которую он себе выбрал. Запомни, Кан: в каждой жизни есть момент, который может её определить. Он как пламя, сияющее на горизонте, – мы либо сгорим в нём дотла, либо возвысимся до неба.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.