Пустошь

Говорят, однажды он голыми руками в одиночку одолел сотню вооружённых бандитов, не получив и царапины. А один раз прокрался в самый монастырь Чёрных Рыцарей и выкрал оттуда их священную реликвию, прямо у них из-под носа. Он побеждал чудовищ и могучих колдунов из Полуночной Башни. На крайнем севере он сражался со звероподобным ярлом Иваром Медвежьей Шкурой и победил его в честной схватке. Он преодолел непроходимые топи Уфийских болот, поднимался на Небесную скалу и дважды пересекал Пустошь. О нём рассказывали героические саги и баллады ещё при жизни.

Славный был парень. А потом он исчез, и никто его больше не видел. Он стал легендой. Мифом. Героем.

– Такой же меч был у него самого. Им он одолел Ормссона, известного чернокнижника. И ещё много кого.

– Говорят, во всём мире этих мечей уже и не осталось. Может, тот был последним, – понурил голову Кан. – Мне даже в голову не пришло его забрать в ту ночь. Никогда себе не прощу.

– Великие вещи, эх. Я даже завидую тебе, ведь ты видел огонь Пылающего меча.

По легендам, одной его искры хватит, чтобы разжечь сотню костров или воспламенить тысячу сердец. Но ты не расстраивайся, – ободряюще продолжил Рал, – обронишь на севере – найдёшь на юге. Ты же был на Травальде?

– А кто из Странников не был на Травальде? Нигде больше не видел такой зелени.

– Ага, удивительное место. Но я к чему. Есть там маленькое озерцо, зовётся Чёрным. Дыра до самого центра Земли. Поговаривают, если донырнёшь до самого дна – найдёшь то, что ищешь. Но никто не проверял, знаешь…

– Такое же озеро есть и у Бьорнгарда, и у дюн Хевена, и у Полуночной Башни, – Кан откинулся назад, довольный собой.

Рал засмеялся.

– Чёрт побери, какой ты славный малый, а! Я бы даже выпил за твоё здоровье, но…

– А можем и выпить. Я сегодня и капли во рту не держал.

– Что ж ты молчал, а? Сейчас налью тебе.

Рал выхватил из сумки банку с водой и пальцем открыл её. Кан протянул байкеру флягу, и тот осторожно перелил тому немного воды, стараясь не пролить ни капли.

– За твоё здоровье, – улыбнулся Рал, и Странники чокнулись, алюминиевая банка с пластиковой флягой.

Кан закрыл глаза и сделал глубокий глоток. Тёплая вода приятно смочила горло. Кану очень хотелось выпить ещё, но он заставил себя этого не делать. Пока они не добрались до станции, у них каждая капля на счету. Кан довольно выдохнул и закрыл фляжку.

Оба замолчали. Рал – потому что ему нечего было сказать. А Кан – потому что погрузился в воспоминания.

Фред.