Пустошь

Ты достиг своей цели, но не тем способом, каким рассчитывал, понимаешь? Такова природа удачи. Тебе всегда повезёт, если ты её используешь. Может повезти очень странно, непредсказуемо, но обязательно повезёт. Однако знай, что представление удачи о том, что лучше для тебя, порой расходится с твоим собственным.

– Но почему, если это моя удача?

Фред задумчиво уставился в костёр.

– Я долго думал об этом. Многие считают, будто реальность складывается из сотен случайностей, событий, которые никак не подконтрольны одному человеку.

И настоящим строителем нашей истории является один лишь случай. Другие верят, что ничего не происходит просто так, зазря. Будто это всё – проявление воли какого-то высшего существа, незримый грандиозный план, который мы не в силах понять. Эти две веры противоречат друг другу по-хорошему, но я иногда нахожу себя на мысли…

Фред вдруг замолчал и уставился в ночную темноту.

– На какой мысли? – неторопливо спросил Кан.

Старик тяжело вздохнул.

– Я думаю, быть может, случай – это и есть тот инструмент, которым вершится воля судьбы.

– А то высшее существо, о котором ты говорил… оно… может быть Богом?

– Не знаю, Кан, – Фред покачал головой. – Те боги, которых мы знаем, властны лишь над теми, кто их создал. Странники же стремятся быть свободными, именно поэтому у нас нет своих богов. Но есть ли в мире какая-то другая воля, более сильная, всеобъемлющая? Чья она – какого-то истинного всемогущего Бога или чья-то другая? У меня нет ответа на этот вопрос.

Но тебе стоит помнить о том, что, когда ты используешь свою силу, призывая случай к себе на помощь, – Фред уставился Кану прямо в глаза, – ты оказываешься очень близко к территории этого существа.

Вот и сейчас, так далеко от того места, в брошенном посреди пустыни корабле, Кан вновь доверился удаче. Пусть она сделает для него лучшее из возможного.

Покосившиеся коридоры вели его наверх. Кан понимал, что в каюты лучше не заглядывать: там не было ничего сто?ящего, кроме следов от ритуалов Песчаных Псов.

Если вероисповедания различных банд, обитающих вокруг Пустоши, поделить на группы, то можно выделить несколько основных культов. Естественно, их последователи до смерти отстаивали бы истинность и уникальность собственной веры, но в корне никакая вера не была уникальной. Это были сердцевины, обросшие мифологией и символизмом. Мифы и символы могли сильно различаться у разных банд, однако «сердцевина» веры жила по другим законам.