Клятва

Не ночь, а дерьмо. Эту неделю мы продвигались без особых проблем, изредка гасили зверюг и всё. А сегодня все как с ума посходили. Есть у меня подозрения, что те опустевшие деревни близ Белгорода были не такими уж и опустевшим. Видать, твари выгрызли всех миряков и легли теплым октябрьским деньком спать. Суки.

Скоро паутина ив встретила нас неприветливым, мрачным силуэтом. Ветки удивительным образом сплетались друг с другом, одна часть куста становилась продолжением другого. Кора бедных растений будто бы вздулась, почернела.

Невыносимо пахло гнилью. И чем мы были ближе к топям, тем воняло сильнее.

А вот и первые лужи. Ноги стали слегка утопать в грязи, издавая неприятные, бурлящие звуки. Тьма будто бы сгущалась. В воздухе повис пар, который отчетливо проявлялся, когда по этому мертвому месту бегали лучи фонариков.

Гомон поутих. Видимо, Беркут принял решение растянуть отряд в длину. Что ж, здравая идея, ведь, судя по картам, по топям одна дорога – через гравийную насыпь, по которой отсюда раньше вывозили ПГС.

Странно, конечно, что ее не размыло полностью за столько лет, но проход через болота, походу, все еще существовал.

– Жуткое местечко, – отметил толстяк, аккуратно наступая на дрожащую землю, – так гляди, здесь какая-нибудь баба Яга живет.

– Ага, – подхватил второй, – натравила, карга, своих приспешничков, теперь вот бегай.

– Их там несколько сотен, наверное, было, – буркнул голос откуда-то спереди, – еле отстрелялись.

– Пф! – фыркнул толстяк. – Тыщонка, наверное, если не больше.

– Заткнись уже, – осадил его другой. – Под ноги смотри.

– Спасибо, мамочка, – хохотнул толстяк. – В жопе я твои камыши видал! Вот смотри, на! Получа-а-а-а-а!

Камыш, что мирно стоял рядом с уродливой ивой, вдруг зашевелился, задрожал. Из-под него резко выползли огромные, черные, толстые клешни, обхватившие ногу толстяка. Тварь крепко схватила ее, из-под камыша блеснули белые отблески глаз. Хрустнули кости, сталкер дико взвыл, а тварь, словно пиявка, присосалась к ноге.

Вот, падаль!

Я успел выхватить револьвер.

Твари раскурочило пол панциря. Несколько фонариков сосредоточилось на трупе.

– Господи… – процедил толстяк и тут же блеванул. – Че это…

Существо напоминало или… было пауком? Огромная, покрытая хитином туша, длинные, шипастые клешни и отчетливые места сочленения этих самых клешней. Башка была точно как у паука. Восьмиглазая, жуткая гадина.

– Вставай, ты как? Впоряде?

Толстяк нехотя принял помощь, поднялся.