Алиса Воронцова и Светлое Междумирье

Может, здесь нет наших камней? Что там твои книги говорили?

– Книги говорили, что все существующие камни есть здесь, на поле, – уверенно ответила Лин. – Это точно.

– Слушай, твой камень наверняка как-то связан с водой, – предположила Алиса. – С тобой вообще все понятно: синяя дверь с плавающими рыбами, плюс тебе в принципе вода нравится. Это я какая-то странная и непонятная, со мной всегда так было. В школе я была отличницей и поэтому сторонилась всех этих гулянок, сборищ и обществ сомнительных незнакомых людей, все меня считали странной.

– «Ботаником» обзывали? – спросил Жан, возникший будто из неоткуда. – Небом любуетесь?

– Привет, а ты тоже ещё не нашёл камень? – смущённо спросила Алиса, встав с земли.

– Как видишь, – быстро произнес Жан. – Ты так и не ответила.

– Ну, ботаником не называли, только однажды парень из параллельного класса обозвал, – искренне ответила Алиса. – И мне было обидно, потому что я думала, что он ко мне хорошо относится. А насчет вопроса про небо, то любоваться им особенно нет времени: скоро закат.

Просто косточки свои выпрямила ненадолго, а то уже все затекло. А у тебя какая сила? Что-то я не припомню.

– Так ты её и не должна помнить, мужские спальни находятся справа от центрального входа, а женские – слева, – ответил Жан. – Там у меня маленькое торнадо на двери вырисовывается, а сама дверь светлого металлического оттенка. Думаю, что моя сила связана либо с воздухом, либо с холодом…

– Это очень круто, – восхищенно сказала Лин. – Воздух везде, при правильном обучении, ты сможешь добиться хороших результатов.

– Спасибо большое, – ответил Жан. – Но я пока ни сил не чувствую, ни камня не нашёл.

– А откуда ты знаешь слово "ботаник"? – поинтересовалась Алиса. – Мы тут, конечно, все друг друга понимаем, но значение отдельных устойчивых выражений все равно мы с Лин друг другу объясняем.

– Я сам из Парижа, но мой папа некоторое время работал во французском посольстве, которое находилось в Санкт-Петербурге, там я несколько лет ходил в русскую школу, – объяснил Жан.

 – Признаюсь, не очень приятный опыт, поэтому, когда мы вновь вернулись в Париж, то я был на седьмом небе от счастья.

– Да уж, если выжил у нас в России, то везде выживешь, – двигаясь и осматривая вокруг камни, сказала Алиса. – Ты, видимо, не прошёл это испытание.

– Не в этом дело, везде своего хватает, – пояснил Жан. – У вас слишком много хаоса, мало логики и уважения, у вас все постоянно чем-то недовольны.