Шанталь. Против течения

Стараясь не пропустить ни малейшей подробности, он с жадностью вслушивался в каждое произнесенное любовниками слово, чтобы понять, как ему действовать дальше.

* * *

Лицо короля было так близко от моего, что я вполне могла сосчитать каждую оспинку на нём. Крепко обнимая мои плечи, он склонялся всё ниже. Ещё немного – и его губы коснутся моих…

Перед внутренним взором появилось другое лицо. Тёмно-синие глаза с немым укором смотрели на меня.

Нет! Этого нельзя было допустить! Меня мутило от одной только мысли о том, что мой первый, настоящий поцелуй может быть с человеком, которого я никогда не смогу полюбить и который по возрасту годится мне в отцы.

Но как этого избежать, не оскорбив чувств великого монарха? Ведь он, восхваляемый со всех сторон, был просто уверен в своей неотразимости. Каждая вторая, если не первая дама королевства готова была на всё, лишь бы стать одной из избранных. Но только не я!

– Ваше величество, что вы делаете? – пискнула я, вырываясь из довольно крепких рук. – Не смейте дотрагиваться до меня!

Не ожидавший сопротивления король в удивлении отступил.

– Мадемуазель, вы забываетесь! Я – король! А поцелуй короля-солнца – божественная честь, которой жаждут удостоиться все придворные дамы!

– Нет, ваше величество, это вы забываетесь! Я не постельная девка, а дочь короля! Я не принадлежу французскому двору, и однажды – с вашей помощью или без – я верну себе принадлежащий по праву трон, и вы будете первым, кто пришлет к моему двору своих послов с предложением мира! Не стоит портить отношения с будущим союзником!

О, я прекрасно понимала, что своими неосторожными словами могу настроить против себя всесильного монарха.

Впрочем, у меня уже столько врагов, что если их станет на одного больше, то я, пожалуй, уже и не замечу.

– Вы… вы…

Что это? У смелого в обращении с дамами короля отнялся язык? Неужели нашлась такая, которая посмела ответить отказом на притязания любвеобильного монарха?

– Ваше величество, простите мне мою резкость, просто я…

Договорить мне не дали.

Жестом король велел мне замолчать. Багровый румянец разлился по его лицу и шее, видневшейся в чуть распахнувшемся вороте парчового халата, накинутого на сорочку и простые коричневые панталоны.

Испугавшись, что его по моей вине хватит удар, я невольно сжалась и стала прикидывать пути отступления. Однако в этом уже не было необходимости: рождённый испанкой, он впитал в себя все качества, присущие ей – сдержанность и жёсткий контроль над эмоциями.