Шанталь. Против течения

Но что прикажете мне было тогда делать?

То, что Луи всерьёз решил меня наказать, стало ясно, когда четверть часа спустя прислуга доложила, что за дверью по величайшему приказу его величества ожидает его личный лейб-медик, чтобы самым внимательнейшим образом меня осмотреть и в случае необходимости пустить мне кровь.

Увидев, как побледневший Клод схватился за шпагу, я испугалась не на шутку. Впрочем, благодаря богатому опыту, накопившемуся за годы жизни в монастыре, когда приходилось постоянно выкручиваться, чтобы избежать очередной порки от сестёр, мне, как всегда неожиданно, но весьма своевременно в голову пришла идея, каким образом повернуть неприятную ситуацию в свою пользу.

Улегшись поудобнее на подушках, я велела Клоду впустить эскулапа, после чего оставить нас одних.

Старый солдат, за время знакомства успевший уже достаточно меня изучить, без тени улыбки, так красящей его суровое лицо, кивнул и поспешил выполнить приказание.

А к власти, оказывается, очень быстро привыкаешь.

Ещё совсем недавно я влачила совершенно ужасное существование во «дворе чудес», а теперь сама с видом королевы раздаю приказы направо и налево.

Заслышав чуть шаркающие шаги пожилого медика, я приготовилась к осуществлению своего плана. Как-то я уже проделывала похожий трюк в доме де Розена, пора было показать самонадеянному монарху, что я не из тех покорных и беспомощных женщин, с которыми он привык иметь дело.

* * *

Де Клермонт осторожно крался по тайному ходу. Нужно постоянно следить за девчонкой, чтобы точно знать обо всех её планах. Чем больше подробной информации он о ней узнает, тем легче ему будет её ликвидировать.

Лелея радужные планы, он завернул за угол и… внезапно наткнулся на кирпичную стену. Ничего не понимая, граф протянул руку и пощупал ещё чуть сыроватую кладку.

Откуда она здесь? Неужели кто-то смог узнать о его тайных визитах? Страх ледяной рукой схватил его за горло.

Боясь, что тот, кто это сделал, может вернуться и застать его здесь, де Клермонт, проклиная всех и вся, поспешил поскорее покинуть ставший уже бесполезным тоннель.

Теперь у него оставался только единственный путь. На маскараде осечки быть не должно.

В панике спасаясь бегством, он не заметил пару глаз, внимательно следившую за каждым его шагом. Преследователь сам постепенно превращался в преследуемого.