Шанталь. Ход королевы

С черепичной крышей и большой трубой, из которой сейчас вился в небо дымок и откуда доносились хохот и песни подвыпивших посетителей, оно выглядело довольно основательным, наталкивая на мысль, что хозяева неплохо наживаются на продаже спиртного и запретной любви, которой так не хватало одичавшим от жизни морякам.

– Туда нельзя, – один из телохранителей забежал вперед и преградил мне путь в паре шагов от слегка приоткрытой двери. – Ангусу это не понравится.

Как будто мне было до этого дело! Положив руку на эфес шпаги, я угрожающе зашипела:

– С дороги! Немедленно!

– Не могу.

Таков приказ короля, – было мне ответом.

Проклятье! А кто, по их мнению, тогда я?!

Руки так и чесались преподать наглецу урок, но умом я понимала, что вины матроса в этом нет. Он всего лишь честно выполнял возложенную на него задачу, и мне оставалось лишь благодарить парня за то, что старается уберечь сумасбродную девчонку от возможных неприятностей, о которых ему наверняка было известно больше, чем ей.

«Ничего, наверняка есть и другой способ получить нужные сведения, и я его обязательно найду» – с такими мыслями я опустила руку и повернулась, чтобы убраться восвояси, когда неожиданный грохот наверху заставил навострить уши.

Кричала женщина. Распахнув окно на втором этаже, она на непонятном языке успела выкрикнуть несколько слов за мгновение до того, как раздался шум борьбы и кто-то, грубо зажав ей рот, втащил внутрь. Окно с треском захлопнулось над нашими головами, и вновь воцарилась тишина.

Я вскинула голову и посмотрела на своих спутников, ожидая, что они, как и положено в подобной ситуации, тотчас же бросятся на помощь даме, но их реакция меня поразила. На лицах охранников было явно написано безразличие к судьбе несчастной. Все, что их беспокоило, – это мои попытки войти в помещение, и все.

Животные! Неужели им совсем не жаль бедняжки, которая в этот самый момент терпела издевательства от таких же зверей, как они? Как можно было спокойно стоять и не сделать ни малейшей попытки облегчить ее страдания?

Видя, что сочувствия мне от них не добиться, я решила действовать по-другому.

Выдернуть шпагу и приставить ее к груди одного из телохранителей было делом одной секунды. Ни тени улыбки не было на моем лице, когда я повернулась к его товарищу:

– Вы оба, кажется, забыли, как я поступаю с теми, кто смеет мне перечить. Напомнить, кто сейчас стоит перед вами?

Оба переглянулись.