Шанталь. Шах и мат

Мне как-то довелось присутствовать на одном из таких «боев» во время жизни во «дворе чудес» и поверьте, зрелища более жуткого, нужно было еще поискать. Как сейчас помню кладбище «Святых мучеников» и грязную зловонную яму, кишащую крысами, в центр которой бросали специально обученную собаку-крысолова, и пока человекоподобные звери делали ставки на то, сколько бедолага сможет продержаться и скольких сможет уложить до того, как испустит последний вздох, несчастному псу приходилось буквально выгрызать себе путь к спасению.

Загнанные в угол крысы вели себя чересчур агрессивно и были очень опасны. Атакуя пса, они старались выесть ему глаза, наносили смертельные укусы.

Стремительность и гибкость вместе с мощной челюстью были единственным оружием против сотни озверевших грызунов. Крепко вцепившись зубами в противницу, пес несколько раз сильно мотнул головой ломая ей хребет, затем отбросил ее в сторону и не мешкая схватил другую… И так до тех пор, пока в яме не осталось ни одного живого грызуна. Истекающего кровью из-за многочисленных ран, хозяин пса, изрядно пополнивший свой кошелек, уносил на того руках, где тщательно выхаживал только ради того, чтобы через несколько дней вновь заявить его на бой.

Век таких собак был недолог. Измученные и искалеченные, они случалось погибали прямо во время схватки, и тогда их место занимали другие псы. Ну а организаторы затем вели подсчет того, скольких крыс уложил каждый охотник и приз получал хозяин того, кто убил больше всех.

Чудовищно. Воспоминания о жизни на парижском дне долгое время заставляли меня просыпаться, вскрикивая от ужаса.

И теперь, когда я уже почти начала все забывать, негодяй Арно вновь напомнил о том, о чем я мечтала забыть.

Схватив ничего не подозревающего мальчишку за грудки, я несколько раз встряхнула его прежде чем прижав к стене зашипеть ему прямо в лицо:

– А ты, я вижу успел соскучиться по грязи. Что, сытая и чистая жизнь не по нраву? И думать забудь об этом! Не для того я вытаскивала тебя из той помойки, чтобы ты с тоской в голосе ностальгировал по ней, да еще и пса моего туда приплел.

Запомни, хочешь ты того или нет, но возврата к прошлой жизни ни для кого из нас нет! Воришка Арно навсегда остался в Париже, а вместо него здесь передо мной гражданин Тахмиля Арно, который с этого дня назначается юнгой на моем корабле.

– Что?! Юнгой?! Ты серьезно? У тебя есть свой корабль?

Я не была готова к шквалу вопросов посыпавшемуся на мою бедную голову. Но ответить было нужно.