Браслеты нэшу. Книга II

И подобную реакцию на прочитанное он посчитал проявлением чисто мужского самолюбия.

Проведя в зале нэшу остатки ночи и весь день, Ейсен и Тау снова отправились к выходу. После пары-тройки безуспешных попыток подняться по лестнице пленники библиотеки сдались.

– Не хотелось бы говорить, но, похоже, мы в ловушке и застряли здесь надолго. – устало произнёс эльф.

– Да, видимо кто-то не хочет, чтобы мы вышли отсюда.

– Я бы сказал несколько иначе. – возразил Тау Ейсен.

– Если это упрёк, то напрасный. – Тау сам понимал, что ловушка захлопнулась именно для него. – Я вовсе не просил ни тебя, ни кого другого о помощи.

– Нет, это не упрёк. Но стоит тебе напомнить, что я прихватил с собой припасы для нас двоих. Они помогут нам продержаться здесь ещё какое-то время. А там, кто знает…

– Действительно. Тут ты прав.

– Да. А с чего это вдруг ты вспомнил о ней?

– Просто… Подумалось тут… Когда ты читал о своей нэшу, ты упомянул ещё о двух нэшу и человеке. Может быть, волнение Пьюмы как-то связано с одним из этих мужчин. Интересно, если это так, то с кем именно и находятся ли они по-прежнему в Шонкейт. – Тау очень надеялся, что его предположения верны, но нужно было убедиться в этом.

– Ну, это просто узнать. Ты помнишь, где находится зал эльфов?

– Точно не скажу, но со второй, в крайнем случае, с третьей попытки мы его найдём.

– Тогда – на поиски! – Ейсен помог Повелителю подняться. – Всё равно больше здесь заняться нечем…

Зал эльфов отчасти напоминал Шонкейт. Прежний Шонкейт. Отовсюду веяло спокойствием леса. В воздухе неуловимо слышался запах свежей листвы. Посреди зала среди книг сидели двое. Ейсен был явно чем-то обескуражен.

– Что же это такое? Десятки, если ни сотни лет мы не слышали о нэшу. Точней не сталкивались с ними, тем более на нашей же земле. И тут такое! Неужто чары нэшу исходят и от их мужчин?

– Не думаю, что дело здесь в каких-то чарах. – возразил ему Тау. – Но давай сейчас не будем обсуждать сердечные дела Пьюмы. Я думаю о другом.

– О чём же? Если не секрет, конечно.

– Я думаю, у нас есть надежда.