Ненавижу

При этом смотрел как-то… словно задачу сложную разгадывал. Но я решила не придавать этому значения. Пусть себе смотрит. Ждёт, наверное, когда я раз и навсегда покину его приёмную. Интересно, узнай он о нас с Олегом, сразу бы выгнал или всё же дождался моей замены?

А пока он делал всё, чтобы я поняла, насколько ему неприятно моё присутствие. Не разговаривал со мной вообще! Отдавал приказания либо через Олесю, либо присылал по почте.

А мне-то что? Не хочет разговаривать и не надо. Всё равно ничего хорошего я от него ни разу не слышала.

А если молчит, то и плохого не скажет.

Но, думая, что жизнь налаживается, зря я не стучала по дереву. Я, конечно, знала, что придёт день, когда нужно будет искать новую работу. Но не представляла себе, что всё случится именно так.

Дмитрий Олегович прислал сообщение, что желает испить чаю. Заварив чайник, я занесла в его кабинет. Оставив его на чайном столике, уже собиралась уходить, когда почувствовала на себе пристальный взгляд. Обернулась. Так и есть! Шеф старательно дырявил меня глазами.

Ему явно что-то было от меня нужно, но он упрямо отказывался говорить со мной. Просто детский сад какой-то! Хорошо. Поиграем в молчанку.

Я вопросительно приподняла брови: «Чего тебе?». Думала, шеф из кресла выпадет. Он-то небось ждал, что я спрошу его. Ещё чего! Но надо отдать ему должное, он быстро пришёл в себя. Кивком головы указывает на чайный столик. Я посмотрела на столик и пожала плечами. Он ещё раз кивнул. Только сильнее. Я снова на столик, потом на него, пожимаю плечами и для убедительности мотаю головой.

Тогда Дмитрий Олегович чуть приподнялся со своего кресла, зло сощурил глаза и дважды кивнул головой в сторону чайника. Я сделала страдальческое лицо («ну не понимаю я!») и развела руками.

На самом деле я еле сдерживала себя, чтобы не рассмеяться в голос. Давно я так не веселилась. Шеф тоже еле сдерживался. Только скорей от ярости, нежели от смеха. Ударил ладонью о стол и, кажется, даже зарычал. Всё, пора завязывать с играми. Не стоит дёргать тигра за усы… или за что там.

Неважно. Не стоит его дёргать и всё тут.

Я вернулась к чайному столику. Налила в чашку сначала молоко, потом заварку и, наконец, кипяток. Подняла глаза на генерального. Его ярость куда-то исчезла. Он снова смотрел на меня тем же непонятным мне взглядом.

Дверь кабинета открылась, и зашла Олеся с очередным резюме в руках. И уже через минуту я вспомнила, как мама в детстве повторяла: «Не смейся много, потом плакать будешь».