Единственная для эшра. Эволюция. Книга 2

Глава клана и старейшина отнеслись к его требованиям скептически: есть ли у него доказательства, что его жену похитил Шессур? Гр-р-р-р! Чёртова бюрократия! А время уходит! Только через час соизволил явиться тэр Шерраск, и, проведя диагностику памяти Алана, нехотя подтвердил правдивость его слов. И только с этого момента клан был оповещён о произошедшем: похитителей надо найти! Но…гон вот-вот вступит в свою силу. Алану посоветовали забыть про свою жену и начать разборки после завершения гона – сейчас никто этим уже заниматься не будет.

Он опоздал. Похититель всё просчитал. Чёрт!

С горечью понимая, что у Шэссуров ему больше делать нечего, он решил напрямую явиться к Аарону. Он не знает наверняка, что это его рук дело, и у него нет доказательств, но чувствует, что это так. Осведомители отца сообщили, что Аарона нет в городе. Уже месяц как он обосновался в своём загородном особняке и всё это время не покидал пределов своего земельного участка.

Алану было плевать на все правила, пусть потом с ним делают, что хотят, но он должен успеть, должен! Но не успел он сесть в подогнанную его отцом машину, как его скрутило.

И он понял…что опоздал!!! Его замутило, и он чуть не сполз, обессилев, на мокрый после дождя асфальт. Арина, прости меня! За что ей всё это?! За что?! Он всё равно не отдаст её! Она бесплодна, а значит, есть шанс вернуть её! Вспыхнувшая надежда придала ему сил, и сев за руль он погнал в нужном направлении, не обращая внимания на стрелку спидометра.

Глава 8

С трудом поднимаю веки, голова раскалывается, меня подташнивает. В голове каша, низ живота напряжён и его неприятно тянет, словно вот-вот начнутся месячные. По-прежнему никакого возбуждения или других признаков течки. Мне просто плохо. Очень плохо. Телу, душе, всему моему существу. Плакать больше не хочется. Вообще ничего больше не хочется. Вся моя жизнь какая-то череда насилия надо мной, что морального, что физического. Кто-то называет это комплексом жертвы, кто-то судьбой.

Мне уже всё равно. Почему я проснулась, почему я всё ещё жива? Как я могу после всего произошедшего жить? Но я не могу приказать сердцу остановиться. А оно, это предательское, сильное, живучее сердце продолжает биться, как ни в чём не бывало. Тук,… тук,… тук…

Если бы я могла вот прямо сейчас убить Аарона, чтобы я почувствовала? Ничего. Я запуталась: кто виноват, кого надо ненавидеть и бояться, с кем надо бороться и кого обвинять.