Искушение ароматом

А потому накопленный опыт на прошлое не распространялся. Зато имело смысл остановиться ненадолго, давая отдых уму и телу.

Глава 28

– Он не найдет его.

– Кого?

– Того, кого я убила.

– Я вас совершенно не понимаю, – медсестра, старавшаяся услужить пациентам, постаралась придать лицу соответствующее выражение.

– Будто ты смогла бы это сделать, – фыркнула пожилая женщина.

– Понять?

– Вот и я том же. Иди, давай уже. Позови мне мою медсестру.

– Но, она сдала смену.

– Ладно, тогда ты посиди со мной, – миссис Хоннор была не в духе, что стало привычно для младшего медицинского персонала, которому доставалось от неё с лихвой.

– Что я могу сделать для вас? – девушка не выглядела обидевшейся: она научилась пропускать мимо ушей слова, принадлежавшие либо больным, либо богатым людям.

– Ничего. Сиди и слушай. Тебе же все равно, что я буду бормотать.

– Зачем вы так.

– Я говорю правду. Всегда, – миссис Хоннор указала рукой на чашку, стоявшую на тумбочке, и выжидающе посмотрела на медсестру, отмечая её замешательство.

 – Не стыдись своих чувств. Не должна ты меня слушать. Злая я. Знаю.

– Болезнь многое позволяет и прощает.

– Милочка, в том-то и дело, что я не больна.

– А что же тогда вас сюда привело? – медсестра не хотела обижать человека, по её мнению, демонстрировавшего признаки пусть непонятной, но все-таки болезни.

– Другого места не нашлось, – миссис Хоннор рассмеялась, заставив вынужденную собеседницу в очередной раз прийти в замешательство.

– У вас же имеется дом и, в конце концов, дочь, которая, как я поняла, любит вас.

– В этом мире осталось мало любви.

– Я бы не сказала, что у вас прохладные отношения с дочерью, – молодая особа не скрыла удивления, отметившегося на её чрезмерно наивном лице.

– Правильно, у нас с ней по сей день полное взаимопонимание.

– Тогда я вас не понимаю.

– Об этом я тебе уже говорила. Но ты начинаешь слушать.

Глава 29

Она позволяла погоде одевать себя так, как полагалось.

Солнечное утро и почти полное отсутствие ветра разрешили остановить выбор на платье, фасон которого сочетался с мягкостью ткани. Оценив собственное отражение в большом напольном зеркале, белокурая особа дополнила внешний вид аккуратными украшениями и неизменным парфюмом. По комнате распространился приятный и знакомый аромат. В очередной раз вспомнился странный флакон с остатками духов, почему-то продававшийся на аукционе.