Искусство слов

И она его предоставляла дороге в допустимом количестве. Дозировано. Как ко всем и всему.

Глава 46

В окне застыл мужской силуэт. Ему нравилось вглядываться в темноту. Не так как в детстве. Тогда он с неподдающейся описанию болью ждал появления женщины, обязанной быть матерью. Сейчас он также ждал женщину, но ту, которая умела любить, как-то по-особенному.

Макар не без удовольствия созерцал ночное небо. Подростком он тоже рассматривал звезды, только тогда он подражал киногероям, строя из себя влюбленного.

Сейчас он любил, но звезды не играли в этом никакой роли.

В дверном замке прокрутился ключ. Он продолжал стоять у окна. Он знал, что произойдет дальше. Так было всякий раз, когда она возвращалась после короткого бегства. Он не решался спросить, от кого она норовила умчаться из собственного дома, но знал точно, что не от него. Он не пытался составить ей компанию. Ей стоило один раз пресечь его попытку быть рядом с ней, как можно чаще, и он все понял.

Мужского торса коснулись женские ладони, медленно ласкавшие тело Макара.

Он чувствовал её спиной, затылком. Она нуждалась в особенных объятиях. Ей хотелось владеть, а не быть обладаемой. Он не препятствовал – это было бесполезно.

Ему не повезло встретить женщину, знавшую с невероятной точностью, чего она хотела.

Глава 47

Навязанное, независящее от неё колебание в стороны, диаметрально противоположные, лишало однозначности. Она металась между двумя образами самой себя. Одна сторона виделась достаточно привлекательной, чтобы хотеть быть собой, а другая вызывала желание покончить с жизнью.

Кира изучила механизм этого маятника. Стоило появиться на её пути человеку, претендующему на роль критика, советчика и просто пустомели, как нечто дремавшее внутри неё самой вышибало опору из-под ног. Она падала вниз, ненавидя себя. Она добровольно отказывалась от себя. Предавала. Становилась на сторону постороннего индивидуума, который тотчас исчезал. А ей приходилось снова переживать период ненависти к своему образу, а когда эмоции стихали, она по кусочкам собирала представление о себе.

После и вовсе появлялось удовлетворение от того, какой она была. Не просто чувствовала себя, а именно была. Вопреки увещеваний горстки особ, которых по нелепости судьба подкинула на её пути.

Она ненавидела их. И это было куда правильнее, чем причинять боль и без того пострадавшей девушке, смотревшей на неё из зеркала. Кира не хотела дожидаться, когда снова сработает триггер.