Путешествующие души

На фоне всего пережитого происходившее в настоящем виделось полнейшей бессмыслицей, вот только ему было известно, что такого не бывает – все события обладали смыслом. Пусть непонятным, иногда и вовсе абсурдным, но точно существующим.

Кот направился к не закрывавшимся дверям никому ненужного дома. Тот стал идеальным пристанищем для блуждающей души. В такие моменты осознания собственного бытия ему нестерпимо хотелось погрузиться в осязаемые воспоминания прошлого, а те случались не только во сне, но и наяву. В них он снова становился самим собой.

Неожиданно ему пришла в голову мысль, которая прежде либо не обладала должной силой, либо он невольно от неё отстранялся. Кто он был на самом деле? Кем он был? И был ли на самом деле?

Направляясь на второй этаж с самой теплой во всем доме комнате, кот продолжал ужасаться осознанию, лишавшего, как казалось ранее, чего-то неоспоримого. Быть – значило существовать, не исчезать, появляться и снова ощущать себя. Из стройного ряда событий выбилось лишь понятие себя. Определенно он не успел и не сумел постигнуть все, что требовалось от живущих.

А уж в образе кота и вовсе не представлялось доступным осознать то, что допустимо человеку. Либо он снова заблуждался.

Глава 21

1854г.

Город будто перемещался в обратную сторону от бесцельно бредшего человека. Каждый дом, попадавший в поле зрения, перемещался. И это не было выдумкой, поскольку все существующее в мире движется во времени. Паларию стало не по себе рассматривать чужие дома, будто он совершал нечто постыдное, пытаясь проникнуть за стены и двери, принадлежавшие незнакомцам.

В этом городе ему ничего более не принадлежало. И ни в одном другом городе он также не владел ничем, что могло бы послужить якорем, пусть даже крошечным и потому ненадежным. Вся его жизнь состояла из хрупких вещей.

Споткнувшись, Паларий приложил усилие не выругаться. Впрочем, он хотел передохнуть, а потому остановка, пусть даже по нелепой причине, должна была восприниматься с благодарностью. Оглядевшись, он заприметил валун, выполнявший роль украшения части улицы, по какой-то причине незастроенной домами так густо, как другие участки города.

Возможно, этот валун мог предвосхищать начало строительства, но в настоящий момент он отменно подходил в качестве скамьи. Паларий едва удержался от соблазна прилечь, настолько он утомился.

– Вам нездоровится?

Паларий не ожидал услышать чей-то голос, будучи уверенным, что находился на безлюдной улице.

– Не стоит беспокоиться.