Вечно молодые

– Игорь, увези ее отсюда, сейчас же! – он кивает и, поблагодарив Дели, отталкивается от машины, направляясь к нам.

– Но, Олли, я… – я хотела что-то пробормотать.

– Забери ее, я сказала! – она рявкает, и он тут же тормозит рядом со мной, кладет руку на мое плечо.

– Сэм, пойдем! – его голос вкрадчив, добр и ложится на мое разбушевавшееся воображение бальзамом, но я не двигаюсь, потому что он звучит где-то далеко и не со мной! Я закрываю рот рукой, и меня трясёт от ощущения отвращения к самой себе. Он, прихрамывая, делает еще шаг ко мне.

В привычной для себя манере хватает меня за плечо и тащит к машине.

Но я вырываюсь и иду в сторону темных. Как я могу сейчас уйти, как я могу их бросить с ними? С этими монстрами, которые только что назвали меня свежаком.

– Кирк! Мне нужна помощь.

Я слышу слова, но не воспринимаю их значение.

Я все еще иду за сиренами. Глубоко вдыхаю и выдыхаю. Пока мои внутренности скручивает в узел настолько, что меня сейчас вырвет.

Меня дергает за руку Олли и помещает четко в мужские объятья, которые смыкаются кольцом вокруг моего тела. Я кричу и требую, чтобы меня отпустили. Я брыкаюсь ногами и извиваюсь у него в руках, пока он оттаскивает меня все дальше от линии, где сейчас начнется драка. Я верещу о том, чтобы Олли дала мне быть с ними, что я хочу убить всех этих тварей. О том, что так не честно. Что они должны дать мне закончить это дело и…

Про себя говорю «за то, что они сделали из меня такую же».

Пока я предаюсь жалости к себе, Кирк методично оттаскивает меня в сторону, чтобы запихнуть на сидение авто, придавливая своим весом.

Я слегка не согласна с его поведением. Поэтому он получает два удара коленями в голень, воет, но не двигается с места.

– Будь добр, помоги мне! Она сирена – я нет. Я не смогу ее так долго удерживать!

Игорь, кладет свою здоровую руку мне на плечо, придавливая еще больше к сидению.

– Отпустите меня, придурки, я вас нахрен… – продолжаю свой монолог красочной отборной бранью, от которой у них должны сгореть уши.

– Сэм, послушай меня!

– Да пошел ты!

Я вижу, как Игорь стискивает зубы и рычит сквозь них Кирку:

– Пристегивай ее ремнями!

Я слышу со стороны, как кто-то смеется жестким картинным смехом, таким, от которого волосы на затылке встают дыбом. Только спустя какое-то время до меня доходит, что, кажется, я схожу с ума.

– Я думаю, что ремнями не удержать.

– Пристегивай! – командует он.