Бессмертные 1

Не заметив ничего подозрительного, спросил:

– Что случилось?

– Мне нужно срочно отлучиться. Замените меня!

– Тьфу! – в сердцах сплюнул Ност. – Ты что, не могла сходить в кусты внизу, по ту сторону холма?

Санриза посмотрела на капитана, как на тупоумного идиота, и холодно ответила:

– Стала бы я звать вас из-за такого пустяка… У меня появилось срочное дело…

Внезапно виски вновь пронзила острая боль, и девушка вскрикнула, хватаясь за голову и склоняясь к седлу. Голос внутри черепа стал более требовательным.

«Иди скорее… Я жду…»

– Иду, иду! – воскликнула девушка, и, игнорируя сердитого капитана, хлестнула коня и галопом понеслась вниз по склону.

– Эй! Ты куда? Вернись! – крикнул капитан, но это было равносильно кричать вслед улетевшему порыву ветра.

Тарри, издали наблюдавший за разговором капитана с сестрой, почувствовав неладное, вскочил в седло и подъехал к сыплющему проклятия капитану.

– Что случилось? – спросил он.

– Твоя сестричка сошла с ума! Сорвалась с места, как ужаленная, бросила пост и умчалась, демон её знает куда!.. Ага! Вот ты её и заменишь…

Но его последние слова упали в пустоту. Тарри уже мчал вниз, вслед за исчезающей в степи девушкой.

– Святые Небеса! – развёл руками капитан. – Парочка ненормальных!

Санриза мчала по прямой, как стрела, дороге около десяти минут, пока не заметила на горизонте, чуть в стороне, высокое одинокое дерево, раскинувшее в стороны мощные узловатые ветви.

Она его сразу узнала, хотя до этого никогда не видела. Приблизившись, конь замедлил бег, а затем и вовсе остановился, и ни за что не хотел идти вперёд. Санриза знала, что испугало животное, так как заметила на одной из ветвей большое, иссиня-чёрное, блестящее и гибкое змеиное тело, обвившее ветвь толстыми упругими кольцами. А её обоняние уловило знакомый пряный запах. Девушка поняла, что перед ней Королева Змей, и это она призывала её беззвучным зовом. Спешившись, виолка без страха направилась к змее.

Там, в пещере, в темноте, с затуманенным умирающим сознанием, Санриза не сумела рассмотреть змею. Но сейчас, при ярком солнечном свете, она показалась ей прекрасной. Блестящая гладкая кожа не имела рисунка и была глубокого чёрного цвета, отдававшего мрачной синевой, но в то же время переливалась в солнечных лучах всеми цветами радуги.