Бессмертные 1

Санриза подозвала плетшегося позади Тэсса и спросила:

– Мы можем довериться гостеприимству владельца этого замка?

– Вообще-то алданские вельможи соблюдают определённый кодекс чести и не убивают гостей, но среди приграничных баронов попадаются негодяи, которые до сих пор придерживаются старых законов, и не постесняются пленить молодую красивую путешественницу, чтобы засадить её в гарем или перепродать в Тъерр.

– Думаешь, не стоит лезть в пасть гиззарду?

– Думаю, тебе не страшен никакой барон и его разжиревшие стражники.

К тому же, ты не одинокая беспомощная жертва – нас трое. А ночевать под проливным дождём посреди мокрой дороги – не лучший выбор. Но решать тебе, госпожа.

– Едем, – Санриза тронула уздечку и свернула на дорогу, ведущую к замку.

Когда они проехали с десяток шагов, Тэсс произнёс:

– Смею заметить, что по этой дороге давно не ездили…

– Я обратила внимание. Похоже, замок заброшен так же, как и селение. Возможно, здесь прошла Красная Лихорадка много лет назад.

Другого объяснения у меня нет. Надеюсь только, что заразы больше нет.

Поднявшись на холм, они приблизились к воротам замка. Санриза оказалась права: он был пуст. Ворота стояли полуоткрытые, решётка поднята, а цепи, поднимавшие её, покрылись хлопьями ржавчины.

Путники осторожно въехали на тесный внутренний двор и настороженно осмотрелись. Вокруг не было ни души. Сквозь плиты двора пробивалась густая трава, ощущались заброшенность и запустение. Чувство тревоги снова подало слабый сигнал, но девушка уже не обращала на него внимания.

Они подъехали к выщербленным ступеням крыльца, и Санриза спешилась.

– Подождите здесь, а я посмотрю, что внутри. Может, встречу кого-нибудь, тогда попрошусь на ночлег. Если нет – будем хозяйничать сами.

– Мне пойти с тобой, госпожа? – подал голос Тэсс.

– Смотри в оба здесь, а там я справлюсь сама, – ответила девушка. Она ощущала нарастающее чувство тревоги, но не могла определить, откуда грозит опасность, и это её раздражало.

Поднявшись по покрытым многолетним мусором, песком и палыми листьями ступеням, она потянула массивную тяжёлую дверь, и та отворилась с протяжным, режущим слух, скрипом. Пахнуло плесенью и сыростью, как пахнет в пустых, давно не проветриваемых и не отапливаемых помещениях. Внутри царил сумрак – свет с трудом проникал сквозь запыленные окна. Шаги гулко разносились по пустому пространству, отбиваясь от голых стен.