Харри Ильбред

Её непроницаемые, чуть прищуренные глаза следили за малейшим его движением, и, когда воин ринулся в атаку, она не пропустила этот момент. Когда Убийца занёс и обрушил на её голову тяжёлый всесокрушающий меч, она даже не попыталась отбить удар, понимая, что её лёгкий меч не устоит против эдакой махины. Скользнув в сторону быстрым и лёгким, как порыв ветра, движением, виолка выхватила на ходу алмостский меч, и острый клинок упал сверху на вытянутые незащищённые руки Убийцы, отделив кисти вместе с зажатым в них мечом.

Солдат ещё не успел осознать, что случилось, когда Хариесс оказалась у него за спиной, и двумя сильными точными ударами перерубила ноги. Истекая кровью, воин рухнул на плац, а девушка, широко замахнувшись, снесла ему голову. Из шейного обрубка фонтаном брызнула кровь. Обезображенное тело ещё несколько мгновений продержалось вертикально, а затем неуклюже завалилось набок. Голова с выпученными глазами и приоткрытым в немом крике ртом, подкатилась к ногам зрителей, которые испуганно попятились. Весь поединок занял несколько мгновений. Над плацем повисла мёртвая гнетущая тишина. Все с изумлением взирали на останки самого сильного и грозного воина отряда, и на хрупкого спокойного юношу с окровавленным мечом, стоявшего над ним.

Хариесс протёрла лезвие и вложила в ножны привычным быстрым движением. Затем повернулась к капитану и спокойно спросила:

– Я прошёл испытание?

Тот широко улыбнулся и ступил вперёд. Положив руку на плечо, ответил:

– Тебе цены нет, малыш… – Затем повернулся к остальным и добавил: – Познакомьтесь с моим новым помощником лейтенантом Харри Ильбредом, убийцей Убийцы! Вам нужно поучиться у него быстроте и ловкости, ленивые псы!.

. Идёмте, лейтенант.

Они пришли в казарму, где у Гайма находился небольшой кабинет. Капитан усадил её на жёсткий табурет пред грубым деревянным столом, сам уселся на стол, сдвинув в сторону какие-то бумаги, и требовательно произнёс:

– А теперь поведай о себе.

– Что хотите знать?

– Кто вы и откуда.

– Я родился и вырос на Оллине…

Капитан выжидательно помолчал, а затем удивлённо приподнял брови.

– Это должно всё объяснить?

– Моя мать виолка…

– Виолка?.. Мне это слово кажется знакомым…

– Женщины-воины.

– А! Вспомнил!.. Теперь кое-что проясняется… Но, глядя на вас, никогда не подумаешь, что в этом… гм… изящном теле кроется такая удивительная сила и ловкость…

– Внешность бывает обманчивой, – философски заметила девушка.