Харри Ильбред

Позже ты выйдешь через чёрный ход и спустишься в порт. С вечерним бризом отплывает несколько торговых кораблей. Взойди на любой из них, и да хранит тебя Богиня-Мать!.. – госпожа Ильбред обняла дочь и прижала к груди. – Пусть боги пошлют тебе удачу и защитят от невзгод. Я буду молить Богиню о твоём благополучии… Если в том мире тебя будут преследовать неудачи – возвращайся. Тебя всегда здесь ждут… А может, боги пошлют тебе счастье в чужом краю.

Мать нежно поцеловала Хариесс в лоб, резко отвернулась и вышла.

Оставшись одна, девушка несколько мгновений боролась с нахлынувшими непривычными чувствами нежности и печали. Затем принялась за дело: убрала и бросила в камин остриженные волосы, надела перевязь с коротким ассветским мечом и портупею с длинным алмостским, который носили за спиной; пояс с ножнами и шлём с плюмажем из перьев синехвоста. Бедный Кэн сегодня лишился многих хороших вещей.

Затем она сложила в обширный баул шкатулку с целебными мазями и лекарствами, которую имела всякая уважающая себя виолка, достала из тайника мешочек с драгоценными камнями, который повесила на шею, спрятав под одеждой.

Положила за пазуху и кошель с золотом, а небольшой кошелёк с серебром и небольшим количеством золота повесила на пояс. В баул пошли запас одежды, баночки с любимыми благовониями и портрет матери, нарисованный заезжим художником на деревянной, покрытой лаком пластине. Шкатулка с разными необходимыми в дороге мелочами тоже легла в сумку. Хариесс осмотрела комнату, решая, что взять ещё, но тут скрипнула дверь и в спальню проскользнула одна из личных рабынь. Увидев вооружённого до зубов незнакомца с полусобранной сумкой в руках, она на мгновение замерла, а затем нервно хихикнула:

– Ах, госпожа, я приняла вас за грабителя… Ведь это вы, хозяйка?

Хариесс схватила девушку за руку, притянула к себе и грозно спросила:

– Как ты узнала, что это я?

Шлём Кэна закрывал всё лицо, виднелись только глаза, губы и подбородок.

– Ах, простите госпожа… – пролепетала испуганная рабыня. – Я знала, что это вы… Я подслушивала и подсматривала…

– Ах, ты, мерзавка! – рассердилась Хариесс. – Любопытство будет стоить тебе жизни! – и потянула из ножен меч.

– Нет! Нет, госпожа! Постойте!.. – вцепилась в её руку не на шутку перепуганная рабыня. – Выслушайте меня хоть минутку!..