Скитальцы

Два носа сопели в унисон, согревая лица обоих взаимным дыханием. Рука Патрика, словно крыло наседки, прикрывала и заботливо прижимала девочку к груди, оберегая и защищая её даже во сне. Холодные стальные глаза Диона потеплели. В серой равнодушной глубине вспыхнули и затеплились две крошечные добрые искорки. А может, в них просто отразился свет разгорающегося костра…

Утро началось с умывания и обмывания. Лея наложила в подгузник – сложенный треугольником кусок полотна, обмотанный вокруг ножек и животика, – приличную кучку дурно пахнущей субстанции, о чём заявила громким недовольным плачем.

Сонный зевающий Патрик принялся переодевать подопечную. Убрав испачканный подгузник, он перевернул хныкающую Лею кверху попой и, положив на руки, попросил товарища обмыть малышку. Дион ответил ему таким взглядом, словно тот предложил ему сунуть голову в нечистоты.

– Ты что, брезгуешь? – удивился Патрик. – Это же ребёнок!

– Дерьмо есть дерьмо. Твоя обуза – ты с ней и возись, – сказал, как отрезал.

– Помнится, кто-то не так давно назвал её нашей… Ну, да я не злопамятный. Ладно, тогда хоть подержи, пока я буду мыть.

И он сунул малышку в руки оторопевшему товарищу. Тот так и застыл, держа девочку в вытянутых руках и глядя на неё немигающим взглядом.

– Ты детей никогда в руках не держал? – снова удивился Патрик.

– Меня готовили в наёмники, а не в няньки, – буркнул Дион.

– Да ты хоть улыбнись! Не пугай ребёнка! – сверкнул зубами Патрик.

И, правда, Лея, глядя на суровое лицо мужчины, начало горестно кривиться, готовая разразиться безудержным плачем.

Дион через силу растянул губы в улыбке. А потом вытянул их трубочкой и произнёс:

– Бу!

Лея испуганно заморгала и громко заплакала.

– Да, нянька из тебя никакая… – сокрушённо покачал головой Патрик, забирая Лею из напряжённых рук товарища. – Семью тебе надо… И детишек с десяток. Может, тогда научишься с ними обращаться.

Лес внезапно кончился, и они оказались на солнечной опушке. Впереди простирался сочный зелёный луг, сбегавший к рябившему весёлыми бликами ручью.

По берегу бродило стадо коз, бдительно охраняемое круторогим бородатым вожаком. По водной глади степенно плавали стаи гусей и уток. Ручей перекрывал деревянный мосток с низкими перилами. Протоптанная дорожка вела к воротам окружённого деревянным забором хутора.

Над лугом, над хутором и над ручьём раскинулось безоблачное небо. Солнечный диск щедро поливал окрестности горячими лучами.