Женские печали и радости

Элайна редко носила платья, с детства приученная к полумужским-полувоенным костюмам виолок, а таких красивых нарядов, в который её облачили, отродясь не было. Вся одежда была пошита из ярких дорогих тканей и разукрашена вышивкой и мелким речным жемчугом.

Поднявшись наверх, Мойна усадила девушку перед столиком с большим полированным серебряным зеркалом, тщательно расчесала ещё влажные волосы и уложила в простую, но красивую причёску. Это не составило труда, потому что Элайна не носила длинных кос, а подстригалась коротко, чтобы за волосами легче ухаживать в условиях похода.

К тому же, от природы они завивались в крупные красивые локоны. Достаточно аккуратно их зачесать, кое-где подколоть – и причёска готова. Напоследок рабыня открыла стоявшую на столике шкатулку и достала недорогие, но изящные и красивые украшения из серебра, тёмного золота и полудрагоценных камней. Выбрав несколько, на её взгляд, наиболее подходящих к наряду, надела на девушку, и Элайна едва узнала себя в красивой элегантной даме, которая смотрела на неё из туманной глубины зеркала.

– Довольна ли госпожа или хочет что-то исправить? – спросила Мойна, закончив работу.

– Нет, спасибо, мне всё нравится, – ответила девушка, любуясь отражением. Какая женщина не любит красиво приодеться и повертеться перед волшебным стеклом? Элайна не была исключением, и несколько минут разглядывала себя, поворачиваяс то одним, то другим боком.

– Тогда я пойду за завтраком, с вашего разрешения.

– Подожди, Мойна… Правильно? Я не перепутала твоё имя?

– Правильно, госпожа. Я Мойна.

– Скажи, Мойна, где я нахожусь? Чей это замок? Как зовут вашего господина?

– Вы находитесь в Башне Невест, а замок принадлежит барону Хаскетту, он наш господин и повелитель.

– Хаскетт? Великий Стрелок Хаскетт, горный барон?

– У нас его так не называют. Здесь его зовут господин Амарис, горный барон. Может, он и великий стрелок, я этого не знаю, но он хороший охотник, никогда не возвращается без добычи.

– А ты не знаешь, зачем он привёз меня сюда? Я понимаю, что господин не делится со слугами своими намерениями, но я также знаю, что хорошие слуги знают о своём господине всё…

Мойна нерешительно посмотрела на девушку, словно колебалась, а затем осторожно произнесла:

– Думаю, господин сам объяснит вам свои намерения…

Несомненно, рабыня всё знала, но не знала, можно ли ей об этом говорить, и предпочла уйти от ответа.