Тёмный Феникс

***

– Не ожидал увидеть тебя так скоро, – Калум смотрел на меня так, словно ждал какого-то подвоха.

– Ты мне не рад? – я состроила грустное лицо, делая вид, что обижена его словами. – Могу уйти и вернуться через пару недель, когда ты точно успеешь соскучиться.

Я уже начала разворачиваться, но раздался его громкий и требовательный голос:

– Не смей!

Он преодолел расстояние между нами за несколько больших шагов и заключил меня в крепкие, медвежьи объятия. Уткнувшись в шею носом, втянул мой аромат.

Это вызвало у меня улыбку. Я плотнее прижалась к нему, обнимая в ответ, и так мы простояли какое-то время. Затем я нежно отстранилась.

– Какие у тебя планы на три ближайших месяца? – я произнесла это самым невинным и обыденным тоном, так словно спросила который час.

Он удивлённо вскинул брови, было прекрасно видно, как Калум озадачен моим вопросом, похоже, он ожидал всего чего угодно, но не этого. Но, несмотря на его удивление, во взгляде появился блеск.

Думаю, он понял к чему этот вопрос и, похоже, он этому рад.

– Ты знаешь, я не привязан к рабочему месту, могу выполнять работу откуда угодно. Так что… – он растянул последние слова, ожидая от меня объяснений.

– Как тебе такое предложение, скажем, тропический остров или же дом где-нибудь в глуши на берегу озера, – я расплылась в улыбке. – Но главное – ты и я, и больше никого в радиусе многих километров.

Он улыбнулся и, больше ничего не сказав мне, притянул вплотную, обрушившись на мои губы.

Сделал это так жадно, словно он жаждущий путник, а я прохладный, чистый источник от которого зависит его жизнь. Я приняла этот жест как его согласие.

Калум схватил меня за бёдра и рывком оторвал от пола, я обвила ноги вокруг его талии и обняла широкие плечи. Не разрывая поцелуя, он понёс меня в сторону спальни. Дойдя до кровати, он сел на неё и повалился на спину, я оказалась сверху. Пальцами, нащупав пуговицы его рубашки, я принялась их расстёгивать.

Ненасытный поцелуй, в котором мы не могли разомкнуть своих губ, дурманил, воздуха не хватало, но мы всё равно его не прерывали. Большие ладони Калума прошлись по моему телу. Остановившись на бёдрах, он сжал их, впиваясь пальцами в упругую кожу. Наконец он оторвался от моих губ и спустился ниже, к шее. Калум провёл по ней языком, оставляя влажную дорожку и не останавливаясь, начал спускаться ещё ниже.