Тёмный Феникс

Но я, используя его как опору, оттолкнулась обеими ногами от пола и заехала в грудь другому, из-за этого толчка мы повалились назад, темнокожий во время падения сильно ударился затылком о пол и ослабил хватку. Мне хватило этой секунды его замешательства, подобрав с пола нож, я всадила его ровно в сердце мужчины. Его глаза на миг вспыхнули, а затем окончательно померкли. Вытащив нож из его груди, я повернулась к последнему.

– Я же сказала, что оставлю тебя напоследок.

Он всё ещё слегка дезориентированный моим пинком в грудь, чуть попятился, прежней ухмылки на лице как не бывало.

Теперь видно, что он воспринимает меня всерьёз, даже, более того – боится меня. Он выхватил пистолет и, направив его на меня, выстрелил. Но ровно в этот момент я схватила его за запястье, из-за чего пуля ушла в сторону, и сильно до хруста вывернула его руку. Он завопил:

– А-а-а-а! Дрянь!

Я выхватила пистолет и ударила дулом по его носу, из которого с новой силой хлынула кровь. От такого удара он пошатнулся и осел на пол. Схватив его за шиворот, приподняла и упёрла дуло пистолета ему в лоб.

– Не хочешь рассказать, кто вас ушлёпков нанял?

– При всём желании бы не смог! – он выпалил это, тяжело дыша.

– Анонимный заказ?

– Да.

– Не верю! – я убрала пистолет от его лба и ещё раз смачно заехала по носу, он закряхтел и схватился за переломанный нос. – Как вы вышли на него? – качнув головой в сторону Калума, как следует тряхнула наёмника за грудки. Он заскулил, а потом поднял на меня злой взгляд.

– Это правда, наниматель анонимный.

Нам просто дали имя парня и сказали любыми способами достать из него информацию о Фениксе, – он, замолчал, и в его глазах появилась какая-то решимость. – А знаешь. Пошла ты! Всё равно убьёшь меня, так что стреляй! Умереть от рук самого? Феникса это даже честь.

– В смерти нет чести, это просто конец, – я окинула его брезгливым взглядом. – И я ведь сказала, быстро ты не умрёшь, захлебнёшься кровью.

Теперь на его лице отразилось сомнение, но было уже поздно. Я навела дуло пистолета на его горло и выстрелила.

Он захрипел и закашлялся, пытаясь хватать ртом воздух, но у него не получилось. Он захлёбывался собственной кровью. Я не стала дожидаться, пока умрёт наёмник и, оставив его, подбежала к Калуму. Нависнув над ним, с облегчением выдохнула, увидев, что его глаза открыты, но он с ужасом смотрел на умирающего мужчину. Переведя затуманенный взгляд на меня, он прохрипел:

– К…то ты? – я поджала губы и прошлась пальцами по его скуле.