Десять негритят / And Then There Were None

Так задумано. В этой истории все связано.

– Значит, по-вашему, она уже не придет?

Вдруг кто-то позади них произнес капризным нетерпеливым тоном:

– Не будет никакой лодки.

Блор повернулся всем корпусом и задумчиво посмотрел на говорившего.

– Вы тоже так думаете, генерал?

Генерал Макартур отрывисто продолжил:

– Конечно. Мы рассчитываем, что лодка придет и снимет нас с острова. В этом вся суть. Но мы все останемся на острове… Никто из нас его не покинет… Это конец, понимаете, конец…

Поколебавшись, он странно изменившимся голосом добавил:

– Это и есть покой – настоящий покой: дойти до конца, не продолжать… Да, покой…

Он резко повернулся и пошел прочь.

Спустился по ступеням с террасы, затем вниз по склону к морю, и там, уже невидимый от дома, зашагал дальше, на край острова, где в воде лежали огромные булыжники. Шел Макартур немного нетвердо, как будто не вполне проснувшись.

– Еще один псих! – прокомментировал Блор. – Похоже, к концу мы все тут спятим.

– Ну, вы-то вряд ли, Блор, – заметил Филипп.

Бывший инспектор засмеялся:

– Да, меня не так просто свести с ума. – И сухо добавил: – Кстати, не думаю, что и вы пойдете по этой дорожке, мистер Ломбард.

– В данный момент я в здравом уме, спасибо, – ответил тот.

IV

Доктор Армстронг вышел на террасу и остановился в раздумье. Слева от него находились Блор и Ломбард. Справа медленно расхаживал взад и вперед Уоргрейв, опустив голову.

Наконец доктор, поборов нерешительность, повернулся к последнему.

Но тут из дома почти выбежал Роджерс.

– Разрешите вас на одно слово, сэр?

Армстронг повернулся к дворецкому.

То, что он увидел, его поразило.

Лицо Роджерса перекосилось. Стало серовато-зеленым. Руки тряслись. Все это так не походило на того вышколенного слугу, которого они видели всего несколько минут назад, что Армстронг даже отпрянул.

– Пожалуйста, сэр, всего на одно слово… Давайте войдем внутрь, сэр.

Доктор снова вошел в дом вслед за взволнованным дворецким.

– Прекратите панику, вы же мужчина, соберитесь, – сказал он.

– Это здесь, сэр, вот здесь…

Роджерс распахнул дверь столовой. Доктор вошел. Дворецкий последовал за ним и закрыл дверь.

– Ну, – спросил Армстронг, – в чем дело?

Горло Роджерса вздрогнуло – он силился сглотнуть. Наконец выпалил:

– Здесь творится такое, сэр, чего я не понимаю.

– Такое? Какое такое? – отрывисто спросил Армстронг.

– Вы решите, что я спятил, сэр. Скажете, что это чушь.