Между А и В

Особенно усердствовала Галина Леонидовна, пытаясь определить значение лжи дочери. В итоге решено было встретиться с Валентином Николаевичем за ужином в одном из ресторанов города, а там как выйдет.

Мужчина родителям понравился с первого взгляда: интересный, интеллигентный, знает, как себя преподнести. Галина Леонидовна была покорена, и Асина судьба была решена за бокалом красного полусладкого. Внутри Ася ликовала, она визжала от счастья, подпрыгивала и танцевала, сохраняя внешне полное спокойствие.

Институт искусств дождался, она поступила на первый курс, чтобы связать себя и музыку узами брака.

Свободного времени практически не было: Ася разрывалась между занятиями и репетициями и была счастлива. В коллективе приняли тепло, помогли разобраться, что к чему. Поначалу она вела себя стеснительно, словно извиняясь за то, что она не Маша, потом уверенность окрепла, она приняла это место, а люди приняли ее. Девушка была не заносчива, не избалована вниманием зрителя, очень трудолюбива и усердна. Среди членов оркестра она выбрала несколько знакомых, с которыми коротала перерывы, а, может, это они выбрали ее. Но друзей так и не завела, не было той искры, которая способна разжечь дружбу.

На школьном выпускном она еще раз попробовала помириться с лучшей подругой, но Оля так и не смогла простить ее. Предстояли разные дороги, и кто знает, может они еще где-нибудь сойдутся, а может, это была их последняя встреча, не такая теплая, как хотелось бы, но важные сердцу люди долго стираются из памяти, чтобы стать бледнее, но до конца не сотрутся никогда.

Жизнь бурлила, душа пела, оркестр готовился к первому выступлению в рамках благотворительного концерта. Посмотреть на Асю пришли родители и сестра, это было началом, отправной точкой, где можно или зарекомендовать себя, или провалиться с треском. Валентин Николаевич сидел рядом с сияющей Галиной Леонидовной, ведя светскую беседу. Зоя копалась в телефоне, ожидая начала, Петр Станиславович внимательно рассматривал зал и публику.

Ася наблюдала из-за кулисы, заламывая пальцы и кусая нижнюю губу. Сказать, что она волновалась – ничего не сказать. Внутри все трепетало, тело пробивала мелкая дрожь, а во рту пересохло.

– Нервничаешь? – легла на плечо рука виолончелистки Зиночки.

Ася попыталась улыбнуться и быстро закивала.

– Со временем это пройдет, – Зиночка заглянула в зал одним глазком. – Полный!

– Это плохо, – прошептала Ася.